Шищенко Владимир краткая история охи и её окрестностей



Сторінка6/15
Дата конвертації15.04.2016
Розмір2.96 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
Глава VI,
о политических потрясениях и о коварстве японцев.

С началом Первой мировой войны потребность в «жидком топливе» резко возросла. Нефтепромышленники разных стран мира не упускали из виду любой источник нефти. Северный Сахалин и до войны не испытывал дефицита внимания от разных компаний. Теперь же от их активности стало вообще тесно. Под какими только знамёнами не пытались проникнуть сюда предприимчивые «столбопромышленники». Кроме ранее упоминавшихся бизнесменов, «следы» оставили и англичане Кук и Артлебен, и швед Егестдорф, и немец Адольф Шульдт, и многие другие.


Возможно, имело бы смысл проследить за всей этой «вознёй» вокруг сахалинской нефти, но в России назревали события, по значению своему куда более глобальные, чем борьба за участки и заявки. Носили они совершенно необычайный характер, перевернув все устоявшиеся понятия и правила. О тех событиях написано не мало книг и снято немало фильмов. Есть много мнений и версий о сути происходившего.
В этой главе кратко описаны политические события, происходившие на Северном Сахалине и в Приамурье в 1917-1925 годах. Впрямую истории Охи они касаются слабо, но, так или иначе, существенно повлияли на неё в последующие годы…

***
Наступил 1917 год. В России произошла Февральская буржуазная революция. Известие о падении царской монархии достигло Сахалина 2 марта. Вице-губернатор Сахалина фон Бунге сделал запрос в Николаевск о соответствующих инструкциях, но ответа не получил. 6 марта 1917 года в Александровске был сформирован Сахалинский «Комитет общественной безопасности», председателем которого был выбран начальник Александровской радиостанции Александр Трофимович Цапко. Позднее при Комитете было создано Рабочее бюро. В мае Цапко был делегирован в Москву, и его пост занял эсер И.К. Русланов. Той же весной большевики пытались создать на острове двоевластие. По инициативе Я.Ф. Фабрициуса и А.М. Криворучко 25 апреля (8 мая) Рабочее бюро было преобразовано в Совет рабочих и солдатских депутатов. Но реальная власть на острове оставалась в руках «Комитета общественной безопасности». А летом 1917 года почти все большевики, включая Фабрициуса и Криворучко, были выведены из состава Комитета и Советов. Должность комиссара Временного правительства занял правый эсер В.М. Порватов.Затем произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Началось «триумфальное шествие Советской власти». Однако, возможно, в европейской части России оно и было «триумфальным», но здесь на Сахалине население не поддержало «большевистские Советы», и власть на севере острова по-прежнему оставалась в руках органов Временного правительства.


С началом Гражданской войны, страна оказалась практически поделена на две части. В европейской части России власть находилась в руках большевиков, а Сибирь и Дальний Восток подчинялись «Верховному правителю России» – адмиралу А.В. Колчаку. Осенью 1918 года колчаковская администрация укрепилась и на Сахалине. Бывшего царского вице-губернатора Сахалина фон Бунге Временное Сибирское правительство назначило сахалинским областным комиссаром (в г. Николаевске-на-Амуре), а уездным комиссаром Северного Сахалина был назначен Г.В. Реут (в г. Александровске).

Комментарий:
Сахалинская область в составе Приморского края была образована в июне 1909 года. Резиденция, возглавлявшего её военного губернатора, находилась в Александровске. Сначала область делилась на два участка – Александровский и Тымовский. В феврале 1914 года к области был присоединён Удский уезд с г. Николаевском-на-Амуре.
17 апреля 1917 года Николаевск-на-Амуре стал административным центром Сахалинской области. Островная часть стала именоваться уездом, в состав которого вошли три волости – Михайловская, Рыковская и Рыбновская. Центр уезда находился в Александровске.

Гражданская война, отодвинула на дальний план вопросы экономического и хозяйственного характера. Об охинской нефти «забыли». И естественно нашлись желающие использовать эту ситуацию, ради собственного обогащения.Первым делом разворачивает свою деятельность «Товарищество Ивана Стахеева и Ко». В 1918 году эта фирма сконцентрировала в своих руках более пятисот заявок на всех северосахалинских нефтяных месторождениях.
Вскоре широко активизировались японцы, которые ещё в 1905 году начали активно изучать геологию Сахалина. В 1916 году представитель торговой палаты в Петрограде, господин Сакураи, обратился в Российский Геологический комитет с предложением произвести совместное исследование и разведочное бурение на Северном Сахалине. Но получил отказ, главным инициатором которого был Пётр Игнатьевич Полевой.

Фирма «Кухара майнинг» сближается с «Товариществом Стахеева и Ко» и посылает на север острова геологическую экспедицию. Японские геологи вели работы в районах Нутово, Боатасино, Ноглики, Набиль, Лангры и, конечно, на Охинском месторождении. В мае 1919 года, для ведения более целенаправленных работ на Северном Сахалине, образуется консорциум «Хокусин-Кай». Летом того же года прибывает ещё более крупный отряд японских геологов-нефтяников, деятельность которых охватывает практически весь Северный Сахалин.


Такое развитие событий, конечно, не могло не вызывать тревогу у колчаковской администрации. Но, занятый войной и противоречиями с союзниками, адмирал Колчак не имел возможности уделить должное внимание экономическим вопросам. В этих условиях его Правительство делает ставку на иностранный капитал. А чтобы не позволить японцам монополизировать добычу нефти, предпринимаются попытки создать конкуренцию между японским, английским и американским капиталом. Вскоре, сразу три американские компании проявляют интерес к Сахалинской нефти. Но тут происходит новый виток политических событий.
К концу 1919 года основные силы армии Колчака были разгромлены Красной Армией. При активном участии партизан, во многих городах Сибири и Дальнего Востока была установлена Советская власть. Дошла очередь и до Сахалина. В новогоднюю ночь (по новому стилю – 14 января 1920 года) в Александровске произошёл большевистский переворот, который возглавили, вернувшийся на Сахалин, А.Т. Цапко, Г.Н. Войтинский и С.И. Слепак. Члены колчаковской администрации были арестованы. В управление Сахалином вступил Временный революционный комитет. Председателем был назначен А.Т. Цапко.
Но даже когда к власти пришли большевики, большая часть населения по-прежнему была настроена против Советов. Более того, было даже немало сторонников японской интервенции, которые считали, что японцы могут навести на Сахалине порядок.
Предприимчивые и изворотливые японские промышленники находили способы договориться и с бюрократами царской России, и со ставленниками Временного правительства, и с администрацией Колчака. Пока менялись эти формы власти, японцы активно изучали и осваивали ресурсы Северного Сахалина. Ловили рыбу, добывали уголь, вырубали лес. Строился Охинский нефтепромысел. Но от большевиков, действовавших в рамках политики «военного коммунизма», они не ждали «добрых» отношений. Не надо было обладать сильной дальновидностью, чтобы предвидеть: рано или поздно Охинский нефтепромысел будет национализирован. Такой поворот никоим образом не устраивал японцев. В Стране Восходящего Солнца всё более набирала обороты захватническая политика. Промышленность и флот нуждались в нефти. А нестабильность в России давала возможность овладеть Северным Сахалином военным путём. Нужен был только повод, оправдывающий агрессию. Этим поводом послужил, так называемый, «Николаевский инцидент»

***
В 1918-1920 годах война на Дальнем Востоке носила сложный запутанный характер. Участниками были несколько сторон: японцы, белогвардейцы, владивостокские большевики (сторонники «чёрного буфера»), верхнеудинские большевики (сторонники «красного буфера»), анархисты (противники любых «буферов»), и другие…


В этих условиях японское правительство вело двойственную политику. С одной стороны, оно сохраняло нейтралитет, оправдывая военное присутствие защитой своих подданных и мирного русского населения (что-то вроде современного миротворческого контингента). С другой стороны, пребывание японских вооруженных отрядов во Владивостоке, Хабаровске, Благовещенске, Николаевске и других городах, мешало большевикам полностью «очистить» Дальний Восток от белогвардейцев.

Николаевск-на-Амуре был занят японцами ещё в сентябре 1918 года и находился под их контролем. В то время, пока Цапко и его соратники устанавливали Советскую власть на острове, на Нижнем Приамурье происходили события, приведшие к кровопролитию, которое по бессмысленности и жестокости своей стало одним из самых чёрных эпизодов всей Гражданской войны.


В начале февраля 1920 года Николаевск-на-Амуре был блокирован партизанской Красной Армией под командованием Я.И. Тряпицына. Японцы были вынуждены подписать с партизанами договор «О мире и дружбе». 29 февраля красноармейцы вступили в город. Власть перешла в руки Временного исполкома Советов Сахалинской области.
«Мир» на Нижнем Амуре был очень недолгим. Перед самым началом первого съезда Советов Сахалинской области, в ночь на 12 марта батальон под командованием майора Исикава внезапно напал на партизанские части, расквартированные в городе. Начался ожесточённый бой, продолжавшийся три дня. Раненных в плен не брали ни японцы, ни партизаны. В один из критических моментов партизанами были уничтожены все находившиеся в тюрьме пленные японские солдаты, белые офицеры, представители местной буржуазии, городские чиновники и другие. В первые часы преимущество имели японцы. Но в дальнейшем партизаны изменили положение в свою пользу и закончили бой 15 марта полным разгромом противника. Были взяты в плен более ста человек, которые скоро тоже были казнены.
Николаевск-на-Амуре остался в руках Красной Армии, однако в целом на Дальнем Востоке ситуация резко ухудшилась. Об уничтожении японского экспедиционного отряда в двадцатых числах марта стало известно в Токио. Последовал огромный политический скандал. Вскоре был организован ответный «акт возмездия»…

В ночь с 4 на 5 апреля японские войска произвели скоординированный удар по большевицким отрядам во Владивостоке, Никольске-Уссурийском, Спасске, Хабаровске, Шкотове и в других населённых пунктах. По своей жестокости в эти дни самураи довольно быстро «догнали и перегнали зверства» партизан. Были беспощадно и жестоко убиты несколько тысяч красноармейцев.



Комментарий:
В это же время в Верхнеудинске (современный – Улан-Удэ) было образовано ещё одно государство, которое играло роль «буфера» между РСФСР и Японией, и одновременно вело борьбу с белогвардейцами и интервентами. 6 апреля 1920 года была провозглашена
Дальневосточная Республика (ДВР). Возглавил её Александр Михайлович Краснощёков (он же – Авраам Моисеевич Тобельсон) – личность весьма-весьма занятная…Истории ДВР можно было бы посвятить, пожалуй, ещё целую главу, но интересующимся порекомендуем литературу и Интернет …
Между тем в Стране Восходящего Солнца было неспокойно. Скандал вокруг николаевских событий подлил масло в огонь, и без того непростой внутриполитической ситуации. Японскому правительству угрожала опасность вынужденного ухода в отставку. И, как это нередко бывает, внутренние упущения решено было компенсировать внешними «успехами». Было принято решение об оккупации Сахалинской области…

21 апреля 1920 года на рейде Александровского порта появился крейсер «Мисима». На следующий день, на берег был высажен двухтысячный десант. 

Отряд красноармейцев, большую часть которого составляли бывшие солдаты местной колчаковской военной команды, отступил сначала к Дербинскому, а затем вниз по Тыми к селениям Слава и Адо-Тымово. По пути к ним присоединились несколько десятков местных жителей. Планировалось начать партизанские действия против японцев. Однако сразу возникли сложности с размещением в населённых пунктах и с организацией питания. Начиналась весна и тайга становилась труднопроходимой. Разобщённость, неустойчивость отряда привели к тому, что он практически распался. Большинство «красноармейцев» разоружились и разошлись по селениям, в которых проживали ещё до призыва в армию Колчака (позднее многие из них будут арестованы японцами). Около сорока человек остались и решили пробираться на материк. Сначала они отступили в район Охи, затем перешли к Рыбновску и к Погиби, откуда и переправились на Нижний Амур.

Николаевск-на-Амуре тоже находился в ожидании агрессоров. К середине мая устье Амура было блокировано японскими крейсерами. Тряпицын, который к тому времени был назначен командующим Охотского фронта, понимал, что, как только откроется навигация, японцы захватят город и отомстят за мартовское кровопролитие. И тогда он принимает решение уникальное по своей жестокости: население Николаевска «эвакуировать» на Керби и Амгунь, а сам город уничтожить. Что-то подобное «оставлению Москвы Кутузовым». Только общей между этими двумя событиями можно признать лишь формулировку. Если сожжение Москвы в 1812 году – был добровольный акт русского народа, то Нижнеамурские события 1920 года иначе как «кровавой баней» назвать нельзя. Планомерно, в течение апреля – мая, в городе было уничтожено около шести тысяч человек (по другим сведениям, число погибших насчитывало около 10 тысяч) – евреи, белые офицеры, оставшиеся в живых японцы, семьи ранее расстрелянных, чиновники, торговцы, рабочие и ремесленники, рыбаки и все, кто отказывался добровольно покинуть город.


28-31 мая 1920 года город был полностью сожжён.
Пожар и уничтожение Николаевска вызвали чрезвычайный скандал. Как японцы, так и русские осудили вандализм, проявленный Тряпицыным и его окружением. Японцы получили дополнительный козырь, оправдывающий их агрессию. Престижу Советской Власти был нанёсён тяжёлый удар.

Вскоре Тряпицын поплатился за свои «подвиги». Против командования Охотским фронтом сформировался заговор из группы партизан на Амгуни, возглавляемых Андреевым и Леодорским (в некоторых источниках их называют «белогвардейскими элементами», кстати, в дальнейшем Андреев сбежал к японцам). Тряпицын и его окружение были арестованы. 9 июля состоялся суд. Были осуждены и расстреляны 23 человека как изменники, подрывающие авторитет Советской власти. Остатки партизанских отрядов частично были рассеяны, частично ушли вверх по Амуру. Так бесславно прекратило своё существование партизанское движение Сахалинской области.



Комментарий:
Яков Иванович Тряпицын (1897–1920) – сторонник Советской власти, анархист по убеждению. Стараясь смягчить ужас содеянного, некоторые пропагандисты, пытались оправдать его действия, якобы обусловленные обстановкой военного времени. И сегодня найдутся люди, которые по-прежнему называют его выдающимся командиром и народным героем. Ведь именно ему принадлежит заслуга в организации победоносного похода от села Вятского до Николаевска (в начале похода в ноябре 1919 года отряд Тряпицына насчитывал 19 человек, а на устье Амура прибыла 6-тысячная Красная армия). Именно Тряпицын дал достойный отпор белогвардейцам и интервентам.
Однако никакие подвиги не могут оправдать бессмысленную гибель тысяч людей. Невозможно простить варварское уничтожение Николаевска-на-Амуре, который по замыслу Г.И. Невельского и Н.Н. Муравьёва-Амурского должен был стать важнейшим портовым городом на Дальнем Востоке.
Более подробную информацию о николаевских событиях можно прочитать в статье
«Николаевские дни» журнала «Новое время» №25  22 июня 2003 г.
Есть и много других публикаций на эту тему, отображающих самые разные мнения…

***
Оккупировав Северный Сахалин, японцы сразу распространили среди населения успокоительные прокламации, в которых говорилось о том, что российская часть острова занята временно, с целью изгнания Советской власти. Был арестован председатель Ревкома Александр Трофимович Цапко. Не смотря, на «непопулярность» большевиков, Цапко оставался самой влиятельной фигурой в общественной жизни Северного Сахалина и имел весьма большой авторитет среди местного населения. Присутствие такого человека создавало большие помехи в планах японских оккупационных властей. Его дальнейшая судьба, до сих пор остаётся неизвестной, но вероятней всего он был убит на борту японского крейсера «Мисима».

Комментарий:


Цапко Александр Трофимович (2 (14) марта 1884 – май 1920 г.) – наиболее значительная фигура в политической жизни Северного Сахалина первой четверти XX века.
Родился в Одессе. Учился на почтово-телеграфных курсах. В студенческие годы участвовал в сходках и демонстрациях. В 1906 году приехал в Хабаровск, где девять с половиной лет служил телеграфистом. Благодаря успехам по службе, имел хорошую карьеру, поощрялся правительственными наградами. Но с давних пор был сторонником свержения самодержавия. В феврале 1916 года был назначен начальником радиостанции в Александровске. В мае 1917 года был делегирован на первый Всероссийский съезд профсоюза работников связи. В Москве Цапко перешёл на позиции большевиков и к моменту возвращения на Сахалин в мае 1918 года стал активным борцом за Советскую власть. «Какими бы ни были мотивы политической деятельности А.Т. Цапко, он остаётся в истории нашей области как пламенный патриот России, как человек несгибаемого мужества, храбрости и верности делу, которому служил» («История Сахалинской области с древнейших времён до наших дней»).
Некоторое время японцы ещё пытались изобразить себя «миротворцами», утверждая, что их присутствие на Северном Сахалине – временное явление. Предполагалось создать «Автономное Сахалинское государство» во главе с бывшим военным губернатором Д.Д. Григорьевым. Но население не поддержало эту затею. Петру Игнатьевичу Полевому японцы предлагали стать президентом «Северо-Сахалинской республики». Но известный геолог отказался от этого поста. Мотивы японцев оказались неубедительны, и к тому же не были поддержаны другими странами (в первую очередь – США). Поэтому, 3 июля 1920 года японское правительство открыто объявило об оккупации Сахалина. Обоснованием этой акции послужили, опять-таки «николаевские ужасы».

Из декларации японского правительства от 3 июля 1920 года:


«В течение времени с 12 марта до мая месяца сего года в Николаевске-на-Амуре местными большевиками были самым жестоким образом убиты японский охранный отряд, чины консульства и японские жители, всего до 700 человек обоего пола и возрастов. Положение этого превышает предел всякой жестокости и зверства. Ради сохранения достоинства государства императорское правительство принуждено принять к тому необходимые меры… Ввиду изложенного впредь до организации законного правительства и благоприятного разрешения вопроса, будут заняты в Сахалинской области, те местности, кои признаются необходимыми…» (газета «Рыбак Хабаровского края», №51 (263) 2001 г.).

С этого момента Северный Сахалин стал рассматриваться оккупантами как японская территория. Российские законы были аннулированы. Начались японские порядки. Населённые пункты и даже улицы получили японские названия. Было введено обязательное для всех празднование дня рождения японского императора. Права русских людей всячески нарушались. Политика военной администрации была направлена на выживание их с Северного Сахалина. 15 тысяч человек гражданского населения было завезено из Японии. Была создана благоприятная ситуация для деятельности японских промышленников и предпринимателей. Природные богатства острова – угль, лес, рыба – без ограничений добывались и вывозились в Японию. Японцам доставались лучшие шахты. Разрешение на рыбный промысел давалось только японским военно-административным управлением.


Японцы активно выявляли большевиков и партизан, при этом существенную помощь им оказывали сами русские. Вот, что писала Владивостокская газета «Воля» 3 августа 1920 года:
«Главным образом арестовываются те, – кто, так или иначе, был причастен к Советской власти. Поступая таким образом, японцы вдохновляются группой японофильствующих, которая на острове довольно сильна…» («японофильство» ещё «аукнется» на сахалинцах в годы массовых репрессий).

Существенные шаги были предприняты в освоении нефтяных месторождений острова. Японские нефтепромышленники проводили интенсивные геологические исследования, начали бурение скважин на охинском участке, и уже в 1921 году наладили промышленную добычу нефти.

***
Пожалуй, ни одна из стран-интервентов не вела себя столь открыто и нагло, как Япония. Поводом тому служило тяжёлое положение Советского государства. Но самураи просчитались. В результате успешных военных действий Народно-революционной армии ДВР, под командованием В.К. Блюхера, в феврале 1922 года был освобождён Хабаровск, а в октябре того же года – Владивосток. Японцы были вынуждены оставить Приморье. 15 ноября 1922 года ДВР вернулась в состав РСФСР. Началась дипломатическая борьба за Северный Сахалин, остававшийся в руках японцев. Дайренская (август 1921 – апрель 1922) и Чанчуньская (сентябрь 1922) конференции, Токийские неофициальные переговоры (февраль – июль 1923) не привели к взаимному согласию сторон. Японцы настаивали на предоставление больших экономических льгот на Дальнем Востоке для их монополий и старались обойти вопрос об освобождении Северного Сахалина. В ответ на это советская дипломатия категорически отказалась вступить в дипломатические отношения с Японией. Ситуация стала меняться с 1924 года. К этому времени СССР значительно укрепил своё политическое положение, установив дипломатические отношения с Великобританией, Норвегией, Австралией, Италией, Швецией, Францией и, что особенно важно, с Китаем. Япония, напротив, утратила свои позиции и имела противоречия с бывшими союзниками по мировой войне. После Вашингтонской конференции (12.11.1921-6.2.1922) было прекращено англо-японское сотрудничество. Отношения с США и ранее не были гладкими, а в 1920-х гг. стали приобретать и враждебный характер.

Особое место в американо-японских противоречиях занимала проблема Северного Сахалина. В 1920 году три крупнейшие нефтяные компании США обратились к Советскому правительству с просьбой о предоставлении нефтяных концессий на Северном Сахалине. Переговоры продолжались до 1923 года. В итоге американцы получили согласие. Крупный «воротила» нефтяного бизнеса Гарри Синклер внёс большой залог – 200 тысяч золотых рублей, и отправил своих инженеров Мак-Куллоха и Мак-Лафлина на Сахалин для осмотра участков, предоставляемых в концессию. Но они не были допущены на остров японскими оккупационными властями.



Комментарий:
Позднее Синклер подал в суд и его иск был в 1925 году удовлетворён Советским судом. Залог вернули. Это был выигрыш с дипломатической точки зрения. Давление США на Японию усилилось.

Кроме того, Япония испытывала экономические и политические затруднения внутри страны. Многие влиятельные фигуры в Стране Восходящего Солнца понимали, что сотрудничество с Советским Союзом принесёт более значительную выгоду для экономики страны, чем агрессия.

В мае 1924 года в Пекине начались новые советско-японские переговоры. На это раз японская сторона была настроена на скорейшее установление дипломатических и торговых отношений с Советским Союзом.

Одновременно стала меняться и оккупационная политика. Положение русских на севере острова значительно улучшилось, притеснения прекратились. Оккупационные власти стремились настроить как можно большую часть сахалинцев благосклонно по отношению к японцам. В конце 1924 года, понимая, что Северный Сахалин придётся оставить, военная администрация бесплатно раздала местному населению муку, сахар, крупы, консервы и другие продукты. Пытаясь оставить о себе «добрую память», японцы не забывали посеять и враждебное отношение к большевикам, мол: «с ними то вы хлебнёте горя, ещё вспомните, как хорошо было при нас».
20 января 1925 года в Пекине была подписана «Конвенция об основных принципах взаимоотношений между Японией и СССР». Были установлены дипломатические, консульские и торговые отношения между СССР и Японией. В этом документе предусматривались порядок и сроки (до 15 мая 1925 года) эвакуации японских войск с Северного Сахалина, передачи его органам Советской власти. Япония официально подтвердила суверенное право Советского Союза на северную часть острова. При этом правительство СССР выразило готовность предоставлять представителям Японии концессии на эксплуатацию минеральных, лесных, рыбных и других естественных богатств на всей территории страны.

Японцы сохраняли право разработки угля и нефти на Северном Сахалине в течение 45 лет. Их компаниям и отдельным лицам разрешалось бурение скважин на половине разведанных нефтеносных территорий, а так же посылать исследовательские экспедиции для разведки новых нефтеносных участков. В случае обнаружения ими новых месторождений нефти предусматривалась их разработка на равноправной основе.

Для принятия Северного Сахалина от японцев 19 марта 1925 года в Александровск прибыла Полномочная комиссия ЦИК СССР, которую возглавлял В.Я. Аболтин.

Комментарий:


Владимир Яковлевич Аболтин (1 октября 1899 г. – 8 ноября 1978 г.). Видный советский экономист и политик. Родился в Латвии в бедной крестьянской семье. С 1916 года член партии большевиков. Участник Гражданской войны. После войны был направлен в Наркоминдел. Успешно руководил работой Полномочной комиссии по принятию Северного Сахалина.  Принимал активное участие в создании газеты «Советский Сахалин», первый номер которой вышел 1 мая 1925 года.
Позднее был назначен генеральным консулом СССР в Китае.
В 1935 году получил степень доктора экономических наук. В 1955 г. – звание профессора.

Комиссия занималась решением всех вопросов связанных с выводом японских войск и восстановлением органов Советской власти. Попытки японцев затянуть этот процесс, были решительно отклонены.
Так, вопреки пресловутой азиатской хитрости, Северный Сахалин уже во второй раз ускользнул из рук алчных самураев. 4 апреля японские военные оставили Оху и Рыбновск. 14 мая последний японский солдат покинул Александровск. На следующий день над Северным Сахалином был поднят алый советский флаг! На этот раз уже надолго…

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


База даних захищена авторським правом ©shag.com.ua 2016
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка