Шищенко Владимир краткая история охи и её окрестностей



Сторінка10/15
Дата конвертації15.04.2016
Розмір2.96 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
Глава X,
о годах военных.

Был день – воскресенье 22 июня 1941 года. На противоположном конце страны началась война. Ползли ужасные танки, земля дрожала от бомб, лаяли немецкие овчарки и земля оросилась кровью советских людей… Это случилось очень-очень далеко. Настолько далеко, что охинцам «повезло» отдохнуть на один день больше. Но это был последний выходной на предстоявшие четыре страшных года.


Охинцы отдыхали. Одни отдыхали дома, другие веселились на танцплощадке. Кто-то ушёл на рыбалку, кто-то припозднившийся досаживал огород. Кому-то пришлось и работать. Такова уж профессия нефтяника – на промысле не бывает выходных. Но то был мирный труд…

Охинцы отдыхали до семи часов вечера. А в восьмом часу по радио прозвучало сообщение о вероломном нападении фашистской Германии на СССР. И в Охе тоже началась война…

***
Страшная весть быстро облетела весь город. К вечеру люди были на ногах, спешили к репродукторам, на предприятия, в конторы. Стихийные митинги состоялись в кинотеатре «Нефтяник», на Охинском и Эхабинском промыслах, на других предприятиях. Было страшно и тревожно. Но вряд ли кто-то верил, что война может затянуться надолго. В 1938 и 1939 годах были разгромлены коварные японцы, в 1940 году уступили несговорчивые белофинны. И обнаглевшие «фрицы» должны были быть наказаны в ближайшее время. «Бить врага на его территории!» – таков был девиз бойцов Красной Армии в первые часы войны. Для охинцев как для бойцов глубокого тыла, провозглашён соответствующий лозунг: «Больше нефти для наших боевых кораблей, танков и самолётов!».
По призыву партии сахалинские нефтяники мобилизовали все силы на увеличение добычи нефти, всемерную помощь фронту. С первых дней войны производственные показатели поползли вверх. Выполнение и перевыполнение планов не воспринималось как нечто героическое или передовое.

Котельщики центральной механической мастерской треста «Сахалиннефть» Трошин, Григорьев, Сомов, Воробьёв и Мышкин 30 июня 1941 года подали заявление: «Ввиду нападения на СССР фашистских гадов прошу разрешить нам работать сверх установленного времени без оплаты сверхурочных…».


Стахановские бригады нефтепромысла «Эхаби», возглавляемые Плехановым, Марыгиным и Харченко, в первые месяцы стали выполнять задание на 170-180 процентов.
По предложению призывника комсомольца Ремнева электроцех Охинского промысла перешёл на 12-часовой рабочий день.
Таких примеров были сотни. Перевыполнение суточных норм в 1,5-2 раза стало делом обычным. Это происходило не только благодаря призывам и приказам сверху. Каждый рабочий в отдельности, каждая труженица стремились внести наибольший вклад в общее дело.

***
Состоялся первый призыв. «В начале июля 120 охинцев получили повестки. С этого времени военкомат заработал на всю катушку. Большинство из охинцев первого военного призыва поначалу попали служить в Дальневосточный военный округ, только часть из них была направлена в действующую армию. Затем пришёл черёд других, на запад отправлялись самые подготовленные…» (Из книги «Оха – фронту»).

Некоторые из сахалинцев, призванные в Красную Армию ещё до 1941 года, попали на фронт в первые месяцы войны. В их числе Прокопий Пендальчук, Виктор Корж, Георгий Кузьменко. С первых дней принял участие в боевых действиях выпускник охинской школы №1 Василий Васильевич Чамин. Он погиб под Ельней 10 сентября 1941 года, защищая путь к Москве. Многие не вернулись с фронта. В Оху, как и во все советские города, приходили «похоронки».
В самоотверженном труде пролетали дни и недели. Сообщения с фронта не радовали. Враг оказался гораздо сильнее, чем думали сначала. Охинцы – уроженцы самых разных районов страны – с горечью узнавали, что их родные города и деревни захвачены нацистами. Слуцк, Чернигов, Лозовая, Вязьма… обязательно находился в Охе человек, для которого известие о захвате очередного города отдавались с особой болью. А враг приближался к Москве.
В Охинском районе действовала так называемая броня – специалистов, работающих в нефтяной промышленности или на предприятиях, выполняющих фронтовой заказ, не брали в армию. И всё же сотни мужчин покидали свои рабочие места и уходили в Армию. Треть нефтяников ушла на фронт. Их места на промыслах, у станков и механизмов занимали женщины и подростки. В годы войны они составили почти половину всех работающих на промыслах.
Учащиеся ФЗО уверенно овладевали трудными профессиями взрослых, и стремились освоить не одну, а несколько специальностей. Так выпускник школы ФЗО Хуторской, получивший специальность оператора, буквально за несколько недель освоил профессию тормозчика на подземном ремонте скважин Охинского нефтепромысла, а потом – ключника. Но и на этом не остановился. Стал внимательно присматриваться к работе машиниста тракторной лебёдки и вскоре мог заменить его.
Уже 1 июля 1941 года по Охинскому промыслу был сделан приказ о принятии на мужские должности двадцати женщин. Это был первый такой приказ, затем были другие…

25 июля 1941 года в Сахалинском нефтянике был опубликован призыв: «Драться за нефть как дерутся бойцы на фронте!». А рядом стихотворение-лозунг:



«Женщины, дочери, сёстры героев – На промыслы, к станкам, буровым! Помощью фронту силу утроим И вместе с ним врага победим! »

Практически на всех предприятиях треста «Сахалиннефть» создавались женские бригады, вахты и звенья, в коммунальном хозяйстве трудились одни женщины, в рыболовецких бригадах били рекорды тоже женщины. («Оха – фронту»).
Не легко было освоить мужскую работу, требующую силы и опыта. Но производственные показатели от этого не падали, а продолжали расти.
С первых месяцев войны в бригаде бурильщиков умело работала А. Шамрина. Вера Россолова, Тоня Смирнова были первыми девушками, поступившими в бригаду подземного ремонта скважин. Успешно справлялись с не лёгкими обязанностями оператора добычи нефти Х. Каримова, Ш. Мухамедзянова, М. Башкирова. В марте 1942 года на Охинском промысле была создана женская бригада подземного ремонта. Возглавила её выпускница нефтяного техникума В. Зраева. Эта бригада через некоторое время стала регулярно перевыполнять плановые задания – на 140-160 процентов. Позднее она прославилась на весь Сахалин.

***
В Охе, в Рыбновске, в Катангли люди делали всё, чтобы приблизить Победу. «Наш фронт – добыча нефти. Чем больше топлива дадим стране, тем ближе будет победа», – говорили оставшиеся дома. И работали за двоих, за троих.


Большую роль играли личные инициативы трудящихся. Мастер Охинского промысла Красников разработал и внедрил два ценных рационализаторских предложений, направленных на устранение песчаных пробок в скважинах и расклинивание плунжеров насоса при попадании песка. Применение этих новинок только на Охинском месторождении позволило сэкономить сотни тысяч рублей. Слесарь-инструментальщик центрального гаража транспортной конторы Таран в неурочное время изготовил по своим чертежам сверлильный станок.

Помощь фронту была всемерная. Располагая лишь самым необходимым, охинцы находили возможность часть своих заработков (кто – сколько сможет) отдавать на нужды фронта. Неоднократно участвовали в реализации Военных займов.

И не только деньгами оказывали помощь, собирали и отсылали на запад тёплые вещи. За три осенних месяца 1941 года жители района собрали и отправили на фронт более 28 тысяч предметов тёплой одежды и обуви. Жители самого отдалённого посёлка – Ныврово – тоже не пожелали отставать от других. В конце ноября товарищ Левинец совершил на санях небезопасную поездку с полуострова Шмидта в Оху, и доставил на сборный пункт десятки предметов одежды и обуви.
С особым энтузиазмом проходили сборы средств на боевую технику. Первыми такую инициативу проявили хабаровские комсомольцы, предложившие собрать деньги на покупку звена самолётов. В Охе взносы на звено «Хабаровский комсомол» стали поступать в ноябре 1941 года. В конце 1942 года колхозники Сахалина предложили собрать деньги на эскадрилью боевых самолётов «Советский Сахалин». Охинцы вновь не остались в стороне – активно вносили часть своих заработков. А в 1943 году уже эхабинские нефтяники начали новый сбор средств – на эскадрилью «Охинский нефтяник». К марту 1944 года было собрано 745 тысяч рублей.

***
Шёл страшный 1942 год. Озлобленные гитлеровцы после поражения под Москвой не оставляли своих планов захватить Советскую землю. Война набирала новые обороты. В марте 1942 года охинский парень Иван Иванович Глушич выучился на младшего лейтенанта и прибыл на фронт. В мирное время он активно участвовал в работе драмкружка, демонстрировал замечательные способности. Первые два боя для него прошли благополучно. А в третьем Иван получил два ранения. Умер 7 апреля в госпитале.

Нацисты рвались к Волге. Бойцы Красной Армии вели героическую оборону. В то время на Сталинградском фронте воевал Виктор Яковлевич Корж, призванный на военную службу из Охи в сентябре 1940 года. В августе он был тяжело ранен, но не покинул ряды защитников Сталинграда до самого декабря, когда крупная группировка фашистских войск под командованием Паулюса оказалась в окружении. А в сорок пятом он закончил войну в составе 2-го Дальневосточного фронта. Виктор – не единственный в своей семье, кто участвовал в войне. В июле 1941 года были призваны и его братья Владимир и Фёдор. Они тоже участвовали в разгроме Японии. Ещё одного брата – Александра Коржа – война застала во время учёбы в Ленинграде. В 1942 году, в условиях блокады, он закончил университет. И сразу пошёл на фронт – защищать город на Неве. Был ранен. После излечения был направлен на Западный фронт. Погиб 31 декабря 1942 года.

***
Одно из самых значительных событий военного периода истории нефтяной промышленности Северного Сахалина – это легендарное строительство нефтепровода Оха – Софийск.


Необходимость в нефтепроводе возникла давно. Перевозка нефти водным транспортом через Москальво явно не удовлетворяла растущим потребностям объектов народного хозяйства Дальнего Востока. Поэтому в апреле 1940 года Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) приняли постановление о строительстве первой очереди нефтепровода Оха – Комсомольск-на-Амуре. Нефть настолько неотложно требовалась дальневосточным перерабатывающим заводам, что было разрешено финансировать строительство без утверждённых проектов и смет.
Эта стройка получила название: Строительство №15. Выполнение задачи было возложено на Народный комиссариат нефтяной промышленности.

Вся 388-километровая трасса была разбита на 4 участка – 2 островных и 2 материковых. Контора первого участка (0-76 км) находилась в посёлке Лагури, второго (74-196 км) – в п. Погиби, третьего (205-279 км) – в п. Де-Кастри (позднее в п. Лазарев) и четвёртого (279-388 км) – в п. Кади. Особое место в строительстве занимал переход через пролив Невельского – между вторым и третьим участком (196-205 км). В сухопутной части трубы закапывались в землю, а через пролив должны были укладываться на дно со льда.


Работы начались летом 1940 года. Как и следовало ожидать, строительство сразу столкнулось с огромными трудностями. Все четыре участка трубопровода находились в труднодоступных необжитых районах тайги и болот. Климатические условия известны: короткое лето, затяжная зима, дождевые и снежные циклоны, сильные морозы (до 50 градусов на материковых участках).
Кроме трудностей, создаваемых природой, возникли и серьёзнейшие организационные проблемы. Кадрами на 1940 год строительство было обеспечено лишь на 55,8% – 2674 человека, из них 889 – вольнонаёмные и трудпоселенцы, 1785 – заключённые. Жилищно-бытовые условия рабочих – крайне низкие. Жить приходилось в землянках и палатках. Завоз продуктов питания имел постоянные перебои, из-за чего рабочие часто находились на грани голода. Уровень механизации – близок к нулю. Лопаты, кирки, ломы, топоры и пилы – вот основной инструмент людей осуществлявших это строительство. Необеспеченность материалами была – катастрофическая. Древесину, песок и кирпич, частично поставляли местные подсобные хозяйства. Заказ на трубы, которые поставлялись из США, был сделан слишком поздно, и лишь часть их была доставлена в Де-Кастри, мизер на остров, а десятки тысяч тонн «застряли» в Петропавловске-Камчатском и Владивостоке.

План 1940 года был провален! Если на более доступных и обеспеченных материковых участках ещё наблюдались ощутимые сдвиги, то на Погибинском участке деятельность была практически нулевая.

Комментарий:
Из очерка В.П. Подпечникова «История Погиби»:
«В конце 1940 года к местному населению 220 человек прибавилось 2000 строителей нефтепровода. Областные и районные рыбновские власти к их приёму не готовы. Резко возросла проблема продовольствия…Строительство №15, выполняя правительственное задание, очень много делает беззаконного, воспитательной работы не ведёт,…кражи лесоматериалов, дров, грабежи квартир многочисленны, работники стройки распущены, всё тянут, через речку построен мост силами общественности – строители его ломают…»
Руководство стройки считало, что дорогу можно выполнить лишь за 3-4 года. Весной 1941 года Строительство №15 было передано лагерному ведомству. На стройку были направлены дополнительные силы – подопечные Нижне-Амурского исправительно-трудового лагеря НКВД. Через несколько недель грянула война, и сроки выполнения стали ещё более фантастическими – сентябрь 1942 года.
Около 8 тысяч человек было задействовано на строительстве трубопровода Оха – Софийское (по другим данным – 10 тысяч человек). Это героическое строительство получило широкую известность после издания в 1948 году книги и постановки одноимённого фильма «Далеко от Москвы». Правда, как теперь известно, весь сюжет романа расходился с действительностью. Его автор Василий Николаевич Ажаев – сам из бывших «зэков» – вынужден был писать «про свободных людей» и от имени «свободного человека». Другим способом автор не мог создать памятник людям, которые, находясь в ужасных нечеловеческих условиях, сделали невозможное.

Комментарий:
Об истории романа «Далеко от Москвы» и его авторе В.Н. Ажаеве сегодня можно найти много информации в литературе и в Интернете. Например, в книге Марины Кузьминой «Строительство №15: нефтепровод» или на страницах журнала
«Вестник»-online
***
К концу 1941 года начальник Управления Нижне-Амурского лагеря В.А. Барабанов докладывал о проделанной работе:
«… На материке: По всей трассе есть временные дороги для автомобильного и гужевого транспорта. Поставлены столбы линии связи и временная проводка… На острове: От Лагури построено 100 км дороги, от Погиби – 35. 60 км – ещё не освоены. Связь – 34 км от Лагури…».

Насколько большое внимание уделялось строительству №15, свидетельствуют и статьи из немецкой прессы. Захватчики с тревогой следили за событиями этого далёкого «фронта». Каждый проложенный километр трассы, был равноценен подбитому танку или самолёту, а непроходимые тайга и болота, стоявшие на пути строителей, рассматривались как верные союзники нацистов. Немцы были уверены в том, что общая победа на «сахалинском фронте» останется за ними. В 1941 году пропагандисты Геббельса неоднократно заявляли: «Русским не взять Татарского пролива… это безумная идея…».


Сверхтрудность задачи понимали и руководители стройки. Но отступать не собирались. Подготовка к «главному сражению» началась 8 сентября 1941 года. Для работ на проливе было создано особое отделение, которое возглавил опытный бригадир Николай Максимович Белов. На берега доставлялись трубы, техника, оборудование. Трубы сваривали в плети-секции. Велось строительство береговых сооружений.

Затем началось долгое ожидание – работы можно было вести только после полного замерзания пролива и образования толстого слоя льда. И, как, на зло, именно в этом году зима долго не могла справиться с фарватером. По плану работы должны были закончиться к концу марта. Наступил уже февраль, а лёд никак не мог даже корочкой схватиться над непокорным течением. С тревогой смотрели люди на борьбу мороза и воды, каждый день проверяли толщину льда и с горечью понимали, что и этот день пропадает зря.


23 февраля 1942 года бригада Белова получила долгожданный «красный подарок» , ледяная корка сковала пролив. 2 марта, как только толщина льда достигла необходимого минимума, начались работы. Засуетились люди, заревели трактора. Первым делом была проложена дорога. Затем началось растаскивание плетей-секций вдоль намеченной подводной трассы. Развести 16 плетей длиной от 250 до 830 метров – было делом не простым и опасным. На тракторах были сняты кабины – в случае пролома льда, тракторист мог вовремя покинуть технику. Развозка секций по проливу закончилась 14 марта. В короткий срок газосварщики соединили секции в нитку. Прежде чем приступить к завершающей стадии работ, трубопровод был дважды испытан. А затем была выполнена самая трудная работа. Лёд местами пилили, местами взрывали. В пробитый канал трубопровод был опущен и утоплен. Прокладка трубопровода на проливе закончилась 22 марта 1942 года!
Итоги работ на этом участке были, воистину, победными. По плану на них должно было потратиться 20755 человеко-дней, 19 тонн горючего и 3814 часов на рытьё подводной траншеи. Фактические показатели оказались в несколько раз лучше – 7159 человеко-дней, 6,5 тонн горючего и 1907 часов на рытьё траншеи.
Ключевой объект строительства был успешно сдан, но в целом обстановка оставалась тревожной. Тяжёлые рутинные работы на сухопутных участках, выполняемые в основном вручную, были по-прежнему далеки от завершения. На 1 июля 1942 года развозка труб по трассе была выполнена на 85%, сварные работы – на 50-60%, рытьё траншей – на 44,4%. Строительство сооружений было выполнено на 53-60%, построено резервуаров – всего лишь на 32%, а строительство блокпостов решено было перенести на четвёртый квартал года. Причины отставания были очевидны: перебои в доставке рабочей силы, плохое снабжение, неудовлетворительная организация работ, слабый контроль качества и другие…

Летом 1942 года началось форсирование работ на Сахалине, где ситуация была особенно тяжёлой. На Погибинский участок было брошено 5-е отделение Белова. Во второй половине июля строители, «с горем пополам», сдали дорогу-лежнёвку. Развозку труб отделение завершило 16 августа, а полностью участок был сдан уже 28 августа. В сентябре правительственное задание было выполнено. Правда, «выполнение» было весьма условным. Недоделанным оставался ещё огромный объём работ. А ещё предстояла проводка второй нитки, планировалась достроить нефтепровод от Софийска до Комсомольска-на-Амуре.

Но, так или иначе, в октябре 1942 года Правительственная комиссия приняла первую очередь нефтепровода. 6 ноября началось заполнение линии. После испытаний, с лета 1943 года началась постоянная перекачка «чёрного золота» с Охинских промыслов на материк до посёлка Софийск, откуда баржами она доставлялась в Комсомольск-на-Амуре. За военные годы по нефтепроводу было перекачано 1,3 миллиона тонн нефти.

Так нацисты были «разбиты» и на этом далёком «фронте»!

***
Переломный 1943 год! Последнее, отчаянное наступление предприняли немецкие войска под Курском, надеясь захватить стратегическую инициативу в свои руки. Кровопролитное сражение окончилось полным их разгромом. Затем началась битва за Днепр.
В осенних боях Великой Отечественной отличился младший сержант стрелкового полка Закир Закирович Хайрулин, призванный Охинским РВК в августе 1942 года. 30 сентября 1943 года он был ранен. За проявленный героизм был награждён медалью «За отвагу». Но получить награду не успел. В декабре 1943 года Закир Хайрулин погиб при исполнении служебных обязанностей.
Иначе сложилась фронтовая судьба разведчика Николая Дениско. Призванный летом 1942 года со второго курса техникума, Николай сражался храбро и умело. Награждён орденом Красного Знамени и медалью «За отвагу». После тяжёлого ранения в ногу, долго лечился. Был демобилизован. В апреле 1944 года вернулся в Оху и сразу возобновил учёбу в техникуме. Техникум окончил успешно и трудился в дальнейшем с той же отдачей и страстью – как на фронте.
В значительной степени переломным был этот год и для треста. В 1943 году «Сахалиннефть» впервые после 1936 года выполнил плановые задания. Казалось бы, если фиксировалось столько случаев перевыполнения норм, столько примеров героического труда, то почему же в первые годы войны не выполнялись планы? Объяснения просты. Ситуация на промыслах была тяжёлая. Планы спускались очень завышенные, не рассчитанные на возможности треста. Не хватало специалистов. Были, конечно, и другие неоправданные ситуации. Партийные органы критиковали жёстко: «Позорно работают…», «Преступная халатность…». Благо, что к тому времени у вышестоящих руководителей и органов НКВД хватало разума не принимать репрессивных мер к оставшимся специалистам. Люди в большинстве своём работали сверх возможностей. («Оха – фронту»).

Всемерно помогая защитникам отечества, сахалинцы не забывали и о развитии собственного хозяйства. Ещё в 1940 году в Хабаровске был образован Дальнефтекомбинат – организация, под руководством которой должны были осуществляться все процессы производства нефтедобывающей промышленности на Дальнем Востоке. Естественно, главную роль в новой структуре занимал трест «Сахалиннефть». В 1943 году с целью форсирования разведочных работ на базе бывшей геолого-поисковой конторы треста была организована Государственная геологоразведочная контора «Дальнефтеразведка». Эта контора напрямую подчинялась Дальнефтекомбинату. Разведочные работы велись в нескольких районах Дальнего Востока, но львиная доля приходилась на Северный Сахалин.

В Ланграх, впервые на острове, началось внедрение структурного бурения для подготовки площадей под разведочное бурение. В годы войны сахалинские нефтяники освоили передовой метод работы – турбинное бурение. В 1942 году началась добыча природного газа. Его решено было использовать для местных нужд, что позволяло экономить и отправлять на материк больше жидкого топлива. В 1944 году началась газификация посёлка Эхаби, который в военные годы продолжал строиться. Предпринимались отдельные попытки применения вторичных методов добычи нефти.
За годы войны нефтяники Сахалина дали стране три миллиона тонн горючего – больше, чем за 10 довоенных лет! Не отставали от нефтяников и труженики других профессий. Все вместе вносили весомый вклад в дело разгрома немецко-фашистских захватчиков
Испытывая трудности в поставках, сахалинцы стремились самостоятельно снабжать себя продовольствием. На протяжении всей войны не ослабевала деятельность рыболовецких колхозов и артелей. Осваивались новые площади под коллективные и индивидуальные огороды. В 1942 году в Охе при подсобном хозяйстве треста «Дальнефть» была построена самая крупная теплица в области.
Не утихала и культурная жизнь города. Работали театр, клубы, кинотеатр «Нефтяник», кружки, красные уголки, библиотеки, избы-читальни. Устраивались концерты и соревнования. Всегда с охинцами была газета «Сахалинский нефтяник», оповещая читателей о местных событиях и о положении на фронте.

***
Это было непостижимое время. Что заставляло людей, не жалея сил, работать, отдавая себя без остатка, ради общего дела, ради общей Победы?! Были страх, недоверие, репрессии. Но работали не только за страх. Победить в этой войне только благодаря страху было невозможно. Были и героизм, и энтузиазм, и непоколебимая вера в Партию, в Сталина, в правоту своего дела!


Массовый героизм! Выделить каких-либо, наиболее выдающихся людей, почти невозможно, да и несправедливо. Только лишь на перечисление охинцев награждённых орденами не хватит и целой книги.

Но дабы не был безликим этот подвиг трудящихся Северного Сахалина, следует упомянуть хотя бы тех, чьи имена упоминались чаще.



Тимофей Григорьевич Ежов оператор Охинского нефтепромысла. Один из первопроходцев Охи. В годы войны проводил двух сыновей в армию. За ударный труд награждён орденами Ленина и Трудового Красного Знамени.

Всему городу был известен кузнец механической мастерской Охинского нефтепромысла орденоносец Пётр Осипович Тарасов. В годы войны этот человек выдавал по две, а то и по три нормы в день, «как по привычке». Многие перебывали у него в учениках.


Далеко за пределами Сахалина было известно имя рыбака Чайки. Пойтан Герасимович Чайка – потомственный рыбак, начал свою трудовую деятельность в 1933 году в колхозе «Большевик». Работал рыбаком, мотористом, бригадиром. За успехи в тяжёлом труде рыбака неоднократно награждался орденами и медалями.
Михаил Александрович Иванов – начинал свой трудовой путь с должности тракториста. В годы войны был техническим руководителем транспортной конторы. Награждён орденом Трудового Красного Знамени.

Комментарий:
М.А. Иванов (1907-1996) приехал в Оху в 1929 году. Работал в подразделениях трестов «Сахалиннефть», «Дальнефтеразведка», «Дальтехснабнефть». Награждён орденом Трудового Красного Знамени, медалями «За трудовое отличие», «За добросовестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и другими знаками отличия.В 1988 году было принято решение о введении звания Почётного гражданина города Оха. Первым удостоился такой чести Михаил Александрович Иванов.

Неоднократно писали в газетах «Сахалинский нефтяник» и «Советский Сахалин» о стахановке Лизе Матвеевой. Елизавета Ивановна Матвеева – лучшая замерщица на Охинском промысле стабильно выполняла суточную норму на 200%. Передала опыт многим девушкам. В 1943 году её перевели в нефтепарк учётчицей. И здесь она сумела улучшить работу. На её участке ни разу не случалось, чтобы замерзала нефть в трубах. Не было и других сбоев.
Не на промысле работала Фаина Тихоновна Плетнёва, а в избе-читальне – библиотекарем. Многие-многие охинцы вспоминают её добрым словом и подтвердят, что и в избе-читальне была возможность отдать себя без остатка ради общего дела, ради Победы.
Огромную роль в возрождении геологической отрасли в Охе сыграл Олег Иванович Бунин – главный геолог конторы «Дальнефтеразведка». Его супруга – Екатерина Андреевна – в военные годы была руководителем группы по изучению буровых вод. Оба – люди неиссякаемой энергии и потрясающего оптимизма.
Не в простой ситуации находились руководители партийной организации и исполнительных органов. Они не стояли у станков, но за общие промахи приходилось отвечать именно им. Руководители городских партийных органов сыграли огромную роль в организации трудового соревнования нефтяников, развития патриотического движения «Всё – для фронта, всё – для Победы!», создании обстановки взаимоподдержки и помощи. Здесь нельзя не отметить таких людей как – секретарь Охинского горкома ВКП(б) Борис Александрович Млодик, председатель Охинского горисполкома Борис Васильевич Наседкин.

Бригадир комсомольско-молодёжной бригады Пётр Павлович Скрябин – мастер подземного ремонта скважин за самоотверженный труд был награждён знаками «Отличник социалистического соревнования», «Ударник коммунистического труда». В годы войны множество его учеников из молодых новичков превратились в опытных специалистов. Среди них такие известные как Ильдерханов, Брагин, Гильманов…



Бригада А.Е. Ларина долго находилась в числе отстающих, но упорной работой коллектива вышла в число передовых.
Благодаря трудовому соперничеству, не остались незамеченными примеры славного труда многих бригад добытчиков и буровиков. На весь Северный Сахалин были известны имена таких бригадиров как Н.Т. Волков, Г.Г. Жемейцев, В.И. Муравленко, Вера Зраева, Солодкин, Дуда, Сенюков, Неупокоев, Голубев, Тараканов, Букин, Карпиленко и другие…Но, пожалуй, больше всего на слуху была фамилия Подшивайлова.

Григорий Тимофеевич Подшивайлов – человек-легенда, человек-рекорд… Возглавляемая им бригада буровиков на Эхабинском промысле не допускала аварий, всегда была в числе первых, перевыполняла планы и била рекорды неоднократно. Григорий Тимофеевич, сам познавший труд бурового рабочего, отлично знал свою работу, прекрасно умел и организовать коллектив. Он держал крепкую дисциплину, не терпел бесхозяйственности и расхлябанности, был требователен и к начальству. Будучи человеком любознательным, Подшивайлов постоянно повышал свою техническую грамотность, активно внедрял в свою работу всё новое, в том числе скоростные методы проводки скважин.

Комментарий:
Григорий Трофимович Подшивайлов (1901-1974) – известный сахалинский нефтяник, буровик. Участник Гражданской войны. В Оху приехал в 1932 году. В 1937 году за стахановскую работу назначен буровым мастером. Вообще, за два с лишним десятка лет работы на Северном Сахалине прошёл последовательно все должности от бурового рабочего до начальника конторы бурения. Кавалер ордена Ленина. В 1948 году первым на Сахалине удостоен звания Героя Социалистического Труда.
В 1983 году по заказу ВПО «Сахалинморнефтегазпром» на судоверфях г. Находки было построено судно – «Григорий Подшивайлов», которое обслуживало плавучие буровые установки на шельфе Вьетнама, а затем работало на Каспии.
В 1994 году посмертно присвоено звание «Почётный гражданин города Охи».

***
Жестокий 1944 год! Уже не наступает, а обороняется по всему фронту гитлеровская армия. Но по-прежнему огромные территории находятся под властью оккупантов – Белоруссия, Западная Украина, Прибалтика, Карелия. С кровопролитными боями и сражениями происходит освобождение Советской земли. В апреле сапёр Иван Матвеевич Хора, призванный Охинским РВК в 1943 году, погиб, освобождая Белоруссию. Он похоронен в братской могиле близ деревни Язвин Гомельской области. Принимал участие в разгроме немецких войск в Белоруссии Иван Фёдорович Немков, призванный в армию в 1940 году Рыбновским РВК. В августе 1944 года был тяжело ранен при освобождении Польши. Демобилизован. Награждён многочисленными орденами и медалями.  Охинец Виктор Николаевич Каспаржицкий участвовал в освобождении Родины красноармейцем 114-го стрелкового полка. В одном из боёв он был тяжело ранен. Был отправлен в госпиталь города Горького. Его излечить не смогли – 20 ноября 1944 года Виктор умер от ран.

***
Ещё одно важнейшее событие военного времени – ликвидация японских концессий.

Начиная с 1935 года, добыча нефти концессионером катастрофически падала. В 1940 году японцы добыли всего лишь 43,7 тысячи тонн нефти – в 1,5 раза меньше чем тринадцать лет назад. В апреле 1939 года поверенный в делах Японии в СССР предъявил очередной Меморандум, в котором сообщалось: что местные советские органы на местах делают всё, чтобы выжить японские концессии. Весной 1941 года между правительствами СССР и Японии был подписан пакт о нейтралитете. В ходе переговоров рассматривался вопрос о ликвидации нефтяной и угольной концессий на Северном Сахалине. Министр иностранных дел Японии Мацуока дал письменное обязательство в ближайшие месяцы решить этот вопрос.

Однако с наступлением Великой Отечественной войны японцы «забыли» об обещании и никаких действий к его выполнению не совершали. Впрочем, и деятельность ККСКК практически свелась к нулю. Полностью прекратилось бурение, не велись геологоразведочные работы, добыча нефти в 1942 году составила всего лишь 17,0 тонн нефти. Советскую сторону это устраивало, а на официальное оформление ликвидации не было ни времени, ни сил. Поэтому формально концессии просуществовали до 1944 года.


После победы Красной Армии под Сталинградом, японцы окончательно поняли, что их надежды на сахалинскую нефть бессмысленны. Вопрос о ликвидации концессий сразу сдвинулся с «мёртвой точки». В итоге 30 марта 1944 года в Москве был подписан «Протокол относительно передачи японских угольной и нефтяной концессий на Северном Сахалине».

Согласно Протоколу японская сторона обязывалась передать Советскому Правительству всё имевшееся имущество. Советская сторона в качестве компенсации должна была выплатить Правительству Японии 5 миллионов рублей, а так же обязалась ежегодно поставлять в Японию 50 тысяч метрических тонн нефти.


Была создана специальная комиссия по приёмке имущества концессии. Весной 1944 года Охинский и Эхабинский промыслы приняли около 200 скважин, станки, трубы, оборудование, склады, декавильки, паровозы и другое имущество.

Комментарий:
Эпизод ликвидации концессии стал трагичным для одного из самых известных охинцев того времени:
«Ванжуло Иван Кондратьевич (1903-1944 гг.). Гигант самый большой и сильный человек в Охе, по прозвищу «дядя Ваня». О его силе до сих пор ходит много легенд. В Охе с 1929 года. Буровой рабочий, слесарь, рабочий отдела технического снабжения. Награждён медалью «За трудовое отличие». Спецрешением Охинского горисполкома во время войны получал на себя одного две хлебные карточки. Отравился метиловым спиртом во время ревизии складов японской нефтяной концессии…».В.И. Ремизовский «Охинцы 20-х – 60-х».
Благодаря этой прибавке уже в 1944 году трест «Сахалиннефть» прирастил более 100 тысяч тонн нефти. Ещё долго эксплуатировались и благоустроенные жилые участки. Даже сегодня в Охе найдутся люди, чьё детство прошло в этих домах, построенных японцами.
Так прекратило своё существование акционерное общество «Кита Карафуто Секию Кабусики Кайша» – первое предприятие, добившееся существенных успехов в освоении сахалинской нефти и сыгравшее важную роль в становлении советского нефтяного хозяйства. На следующие полвека трест «Сахалиннефть» стал единственной нефтедобывающей организацией Сахалина.

***
Безутешно было горе матерей и отцов, жён и детей, братьев и сестёр. Но от того ещё крепче становилось желание приблизить Победу, ещё решительней шли они на буровые, в цеха, в артели. И трудились, с ожесточением. Победный 1945 год! Нет никаких сомнений в полном разгроме фашистской Германии! Сужается кольцо вокруг свирепого кровожадного Зверя. Но оттого ещё ожесточённее сопротивляются обречённые нацистские фанатики, и продолжает литься кровь красных бойцов, и приходят в дома советских людей похоронки.


Иннокентий Терентьевич Завьялов – родился в Охе 10 сентября 1924 года. Призван в Красную армию в августе 1942 года со второго курса Сахалинского нефтяного техникума, когда ему ещё не было 18 лет. Воевал с января 1943 года в составе 1-го Белорусского фронта. Погиб 19 января 1945 года, освобождая Польшу.
Там же в Польше был тяжело ранен другой уроженец Охи – танкист Иван Васильевич Каленков. Он умер в госпитале 23 февраля 1945 года. Похоронен в городе Лодзь. До самого мая 1945 года не стихали пожары войны, унося жизни сотен и тысяч людей. Дорогой ценой заплатил советский народ за Победу в Великой Отечественной войне. Более 25 миллионов человек погибли в боях, под бомбёжками, в оккупации, в концлагерях, у рабочих станков…

И тем огромней было величие Победы! Сегодня невозможно представить ту радость, тот восторг, которые испытали воины Красной Армии в последний день войны. Остаются их воспоминания…

В числе тех, кто дошёл до улиц Берлина, были и охинцы. Старший лейтенант Абрам Исаакович Цеханский – принимал участие в Великой Отечественной войне с июля 1944 г. по 9 мая 1945 г. В должности командира взвода участвовал в разгроме немецких войск на территории Польши, Германии, Чехословакии. Награждён орденом Отечественной войны I степени, многочисленными медалями, имеет шесть благодарностей маршала Сталина.

Младший лейтенант Георгий Фёдорович Кузьменко – принимал участие в Великой Отечественной войне с июля 1944 г. по 9 мая 1945 г. В должности командира взвода участвовал в разгроме немецких войск на территории Польши, Германии, Чехословакии. Награждён орденом Отечественной войны I степени, многочисленными медалями.


Разными фронтовыми дорогами пришлось пройти Василию Ивановичу Куриленко. С ноября 1942 г. по май 1945 г. он воевал и на Западном, и на Центральном, и на 1-м, и на 4-м Украинских фронтах. Неоднократно был ранен, дважды – тяжело. Конец войны старший лейтенант Куриленко застал не в Берлине. Но оттого его вклад в разгроме нацистов не менее весом. Награждён орденами Отечественной войны II степени и Красной Звезды, многочисленными медалями.
Знатный путь бойца Красной Армии прошёл и житель Некрасовки Алексей Петрович Юрган. Был призван Охинским РВК в августе 1942 года, и в том же году он уже принял участие в боях Великой Отечественной войны. В составе 1-го Белорусского фронта он воевал до самого мая 1945 года и закончил войну у Бранденбургских ворот. За участие в Висло-Одерской операции награждён орденом Красной Звезды. Награждался и многочисленными медалями.

Комментарий:
После войны А.П. Юрган вернулся в Некрасовку, работал рыбаком, бригадиром в колхозе «Красная Заря». За доблестный труд в 1957 году награждён орденом Ленина. Избирался депутатом Охинского городского Совета народных депутатов.

По утверждению руководителей Некрасовской администрации, Алексей Юрган – был единственным нивхом, участвовавшим в штурме Берлина. Учитывая этот факт, а также многочисленные трудовые послевоенные заслуги Алексея Петровича администрацией посёлка Некрасовка в сентябре 1995 года было принято решение о переименовании улицы Новой в улицу имени А.П. Юргана. А на его доме (по той же улице) установили мемориальную доску в честь героя Великой Отечественной войны.

Надо отметить, что дорогами войны (пусть не до Берлина) прошли и другие представители коренного населения Сахалина. Рыбак колхоза «Кит» с полуострова Шмидта Владимир Александрович Вакон участвовал в разгроме Японии. Уроженец Рыбновского побережья Григорий Иванович Невельгун участвовал как в Великой Отечественной, так и в Японской войнах. Не описать радость охинцев в день, когда пришла долгожданная весть об окончании войны. Люди поздравляли друг друга, плакали. Вечером на городском стадионе состоялся митинг, посвящённый всенародному торжеству.


Из воспоминаний Владимира Андреевича Зимарина, участника трудового фронта: «9 мая 1945 года по радио объявили о Победе. Были отменены занятия во всех учебных заведениях, все плакали, кричали и обнимались. В городе состоялся парад войск Охинского гарнизона, демонстрация жителей Охи, был дан салют. На площади перед райисполкомом играл сводный духовой оркестр…» («Оха – Фронту»).

Победа!!!

***
Лето 1945 года – мир после четырёх тяжелейших лет войны. Казалось самое страшное позади. Но именно в эти дни «дыхание войны» коснулось жителей Сахалина. Части Красной Армии активно готовились к боевым действиям на Дальнем Востоке. Великая Отечественная война закончилась, но Вторую мировую ещё надо было завершить. Среди тех, кому предстояло вступить в бои на Дальнем Востоке, были и участники Великой Отечественной. Среди них не мало и охинцев – Владимир Дмитриевич Александров, Виктор Яковлевич Корж, Зинаида Павловна Торопова, Гавриил Григорьевич Максимченко и многие другие…

Потребность в топливе на Дальнем Востоке возросла в несколько раз. В эти дни работы на нефтяных промыслах достигли максимального напряжения. «Отдать все силы на увеличение добычи нефти, на быстрейший разгром японских милитаристов…» – призывал мастер комсомольско-молодёжной бригады Эхабинского промысла товарищ Лебедев. Во всех коллективах развернулось соревнование: «за деловую помощь Красной Армии» .

Оживились военные подразделения на Сахалине. Силами 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта, а так же Северной Тихоокеанской флотилии предстояло осуществить Южно-Сахалинскую операцию – освободить южную часть острова от японских захватчиков. Оха теперь стала не тыловым, а фронтовым городом. Впрочем, к такому состоянию охинцы были привычны. С первых дней войны город жил в военном режиме: обязательная светомаскировка, военные патрули, дежурство групп противовоздушной и химической обороны…

С 1940 года на территории Охинского района был размещён 188-й отдельный стрелковый полк, подразделения которого дислоцировались в районе 28-го километра, Некрасовки, Москальво, на мысе Входном и на других участках. Воинские части были почти в каждом населённом пункте. Штаб-квартира расположилась в Охе. Командиром охинского гарнизона был генерал-майор Карязин. В октябре 1942 года полк был преобразован в 5-ю стрелковую бригаду. («Оха – Фронту»)

5-я стрелковая бригада входила в состав 56-го стрелкового корпуса (командир – генерал А.А. Дьяконов), которому предстояло выполнить основную задачу в предстоящей операции.
Не смотря на то, что театр предстоящих военных действий был весьма обширным, основную роль, как японская сторона, так и советская отводили Поронайской долине. Здесь, в заболоченной низине шириной 20 км, проходила единственная дорога, связывавшая северную часть острова с южной. Севернее городка Котон (Победино) японцами был оборудован мощный укреплённый район. Этот укрепрайон – 12 км по фронту и до 30 км в глубину – имел три полосы обороны, в составе которых находились 17 железобетонных дотов, 31 артиллерийских и пулемётных дзотов, 28 артиллерийских и миномётных позиций, до 150 убежищ. Главная полоса обороны находилась на Харамитогских высотах. В состав подразделений занимавших оборону Котонского укрепрайона входило 5400 солдат и офицеров. Подразделениям 56-го стрелкового корпуса (в первую очередь – 79-й стрелковой дивизии и 214-й танковой бригаде) и предстояло штурмовать Котонский укрепрайон. В задачу 5-й отдельной бригады входила оборона Александровска и охинских промыслов.

***
Боевые действия на Сахалине начались 11 августа в 9 часов 35 минут без артиллерийской и авиационной подготовки. Первые два дня силами 165-го полка был уничтожен опорный пункт Хонда и занята полоса обеспечения.



В это же время 179-й полк осуществлял дерзкий марш-бросок восточнее укрепрайона по заболоченной дороге вдоль реки Поронай. 12 августа он был остановлен сильным огнём 18 дзотов. Тогда этот опорный пункт был блокирован вторым батальоном капитана Л.В. Смирных, а другие два батальона – основные силы полка – двинулись через болота на Котон. Всю ночь бойцы 179-го полка шли по пояс в воде, вытаскивая на руках боевую технику. Утром полк достиг станции Котон и сразу завязал бой за город.
Используя создавшуюся ситуацию, командир 56-го стрелкового корпуса А.А. Дьяконов принял решение начать прорыв главной оборонительной полосы противника уже 13 августа (на три раньше намеченного срока). После часовой артподготовки 165-й полк при поддержке танков атаковал оборонительные сооружения противника. Наступление сразу натолкнулось на сильное сопротивление. Мощный огонь дзотов препятствовал продвижению главных сил. Для уничтожения этих препятствий были созданы штурмовые группы в составе усиленных рот. Штурмовики действовали умело и отважно. Преодолевая упорное сопротивление, уничтожали дзот за дзотом. Но для общего большого успеха атакующие были не готовы. Продвинувшись на несколько сот метров, 165-й полк к концу дня вынужден был перейти к обороне. Таким образом, задача по прорыву главной полосы обороны была не выполнена.
Между тем два батальона 179-го полка вели упорные бои за Котон. Японцы предприняли яростную попытку уничтожить советские подразделения в своём тылу. К Котону были стянуты все возможные резервы. Батальоны оказались в окружении.
В этот важный момент решительно действовал капитан Леонид Смирных. Обнаружив, что блокированный его батальоном опорный пункт ослаблен, Смирных приказал атаковать его. В ожесточённом бою были уничтожены 13 дзотов. Затем батальон двинулся к Котону на выручку основным силам полка. Успешно прорвав окружение, второй батальон соединился с оборонявшимися, чем и спас их положение.
14 августа японцы ещё пытались выбить 179-й полк из Котона, но безуспешно. 15 августа атаки прекратились – противник сконцентрировал свои силы на обороне главной полосы.
В течении 14-15 августа 56-м стрелковым корпусом проводилась планомерная подготовка к решающему штурму. Были подтянуты войска второго эшелона, улучшены позиции передовых подразделений, изучена система японских инженерных сооружений.
16 августа в 9 часов после часовой артиллерийской и авиационной подготовки части 79-й стрелковой дивизии атаковали Харамитогский перевал одновременно с фронта и тыла. Завязался ожесточённый бой. Сопротивление японцев было отчаянное. Они упорно отстаивали каждое железобетонное сооружение. Путём героических усилий преодолевали советские бойцы смертоносные препятствия. Ценой своей жизни «устранил» одну из огневых точек пулемётчик Антон Буюклы – используя пулемётный щит, он закрыл амбразуру своим телом.

Комментарий:
Этим подвигом Антон Ефимович обессмертил своё имя. После войны посёлок Хоэ был переименован в посёлок Буюклы. 6 мая 1965 года Указом Президиума Верховного Совета СССР А.Е. Буюклы было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В тот же день пал смертью храбрых бесстрашный командир второго батальона 179-ого полка капитан Л.В. Смирных. Он погиб от пули японского снайпера.



Комментарий:
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1945 г. капитану Смирных было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Именем Леонида Владимировича Смирных названы сразу два посёлка на Сахалине. Бывший японский посёлок Камисисука был переименован в посёлок Леонидово. А городок Кэтон (или Китон) стал районным центром под названием – Смирных.

С огромным трудом, преодолевая сопротивление противника, советским войскам к концу дня удалось прорвать Главную полосу обороны на узком участке фронта.
17 августа части 79-й дивизии вели бои по ликвидации узлов сопротивления на Харамитогских высотах. Японские войска продолжали оказывать сильное сопротивление. Они широко применяли действия солдат-смертников. Неоднократно переходили в контратаки, но всякий раз безуспешно. К концу дня советские войска сумели окружить расчлененные группировки гарнизона.
Попытка японцев путём переговоров добиться выгодных условий сдачи в плен, была отвергнута. 18 августа бои на Харамитогских высотах продолжились. Японцы продолжали сопротивляться. Они не гнушались прибегать к провокациям с использованием парламентёров и белого флага. Предпринимали отчаянные попытки вырваться из окружения. Но ситуация уже находилась под контролем советских войск.
К 21 часу 18 августа остатки японского гарнизона Котонского укреплённого района капитулировали. Было взято в плен 3300 солдат и офицеров. Теперь 56-й стрелковый корпус получил возможность стремительно наступать в южном направлении. Дальнейший исход сражения за Южный Сахалин был предопределён.

***


16-17 августа силами Северной Тихоокеанской флотилии был высажен десант на западное побережье Сахалина и заняты порты Торо (Шахтёрск) и Эсутору (Углегорск). 19 августа японское правительство официально заявило о безоговорочной капитуляции Японии. Но противник не прекращал сопротивление. Ожесточённые схватки продолжались. Так, в одном из ночных боёв 19 августа погиб младший лейтенант Ефим Савельевич Семин – выпусник Сахалинского нефтяного техникума. До мая 1942 года Ефим успел поработать на Охинском промысле в должностях техника, начальника буровой, заведующего цехом. Судя по всему у Ефима было большое будущее знатного нефтяника. Но последние всполохи войны оборвали это будущее. Утром 20 августа началась высадка десанта в порту Маока (Холмск). В результате двухдневных боёв город был взят. Утром 25 августа без единого выстрела был освобождён Отомари (Корсаков), японский комендант, понимая бессмысленность кровопролития, предпочёл капитулировать. В тот же день был освобождён и главный город Южного Сахалина – Тойохара (Южно-Сахалинск).
К этому времени завершились бои за Курильские острова, где группировка противника превосходила численность советских десантников. На вооружении у японцев даже имелись танки – около 80 единиц. Боевые действия на острове Шумшу начались 15 августа. 22 августа японский гарнизон капитулировал. Другие острова Курильского архипелага были заняты без сопротивления.
Война закончилась 2 сентября 1945 года. В тот день на линкоре «Миссури» представители японского правительства подписали акт о безоговорочной капитуляции.

***
Так завершился период военного времени на Сахалине!


Более 3500 тысяч жителей Охинского и Рыбновского районов ушли на фронт в годы войны! Более 400 человек, призванных Охинским и Рыбновским РВК, погибли на фронтах Великой Отечественной и при разгроме Японии! В этой главе упомянуты лишь некоторые имена.
В послевоенные годы краеведами Сахалина была проведена большая работа по поиску участников войны. Выпущена многотомная Книга Памяти. К сожалению, и сегодня список наших земляков, погибших на фронтах войны не полный. Работа над Книгой Памяти продолжается…

1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15


База даних захищена авторським правом ©shag.com.ua 2016
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка