Русский язык и культура речи



Сторінка5/22
Дата конвертації11.04.2016
Розмір4.46 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
Тема 2.7. Понятие нормы русского литературного языка.

Система – узус - норма.

Слова рождаются, живут, но лишь, попав в словарь, т.е. подвергнувшись классификации, они получают право на жизнь в литературном языке.

Языковая норма – социально одобренное и словарно закрепленное правило употребления языковых единиц в речи.

Несоблюдение конкретных норм, деформирование принятых форм употребления называется речевой ошибкой.

Ошибки могут возникать на всех уровнях языка, нарушать любое качество речи.

Типы языковых норм


  1. Акцентологическая (от слова акцент – удар) – это норма постановки ударения.

  2. Орфоэпическая – это нормы произношения соответствующих звуков и слов.

  3. Лексическая – это нормы словоупотребления и сочетаемости слов.

  4. Морфологическая – это норма образования форм слов.

  5. Словообразовательная – это норма образования новых слов.

  6. Фразеологическая – это нормы построения фразеологизмов.

  7. Синтаксическая – это норма построения предложений.

  8. Пунктуационная – это норма постановки знаков препинания.

  9. Орфографическая – это нормы написания слов.

  10. Стилистическая – этот норма употребления слов в разных стилях речи.

Виды языковых норм

  1. Императивные – закрепленный один вариант употребления. Например: Я кладу мел на стол.

Неверно: Я ложу мел на стол.

  1. Диспозитивные – закреплены несколько вариантов употребления:

а) равноправные варианты (творóг – твóрог; кулинáрия – кулинарúя).

б) неравноправные:

а) семантические (т. е. отличающиеся значением úрис – ирúс; зáмок – замóк)

б) стилистические (отличающиеся стилем употребления: кóмпас – компáс (устар).

в) хронологические (т.е. время употребления: глаза – очи).

Ошибка – это отражение неверной информации или неточная реакция на нее, которая может оказаться чреватой разными последствиями.

Как-то: Часто как речевая ошибка является двусмысленность.


  1. Девушка дотронулась до стены, и с нее упал кусок штукатурки.

(с кого?)

  1. Слово «мемориальный» содержит в себе латинский корень, переводящийся как «память», поэтому словосочетание «мемориальный памятник» - ошибка.

  2. Сюда же относятся и слова-паразиты, ничего не добавляющие к значению основного компонента: июнь месяц – июнь, одна тысяча – тысяча.

  3. При употреблении одновременно компонентов синтетической (простой) и аналитической (составной) форм степеней сравнения: более дальше – самый глубочайший, самый оптимальный (оптимальный – уже самый), быстрая скорость, дешевая цена (стоимость).

Ошибка в речи, устной или письменной, являясь часто простой заменой букв или слов, вызывает ошеломляющие по масштабам последствия.

Даже запятая может оказаться роковой для понимания текста: «Составители книги рекордов Гиннеса отдали предпочтение Каховскому водохранилищу на Днепре, указав объем хранилища воды – 182 км»2. На самом деле – всего 18,2 км2.

Опечатка стала причиной рождения «подпоручика Киже».

Переписывая набело один из ежедневных приказов по военному ведомству, штабной писарь в выражении «Прапорщики ж такие-то в подпоручики» по рассеянности написал «Прапорщики», а затем перенес на другую строчку «киж». Мало того, что он соединил «ки» с «ж» (вот почему надо писать без ошибок!), так еще малопонятное «киж» украсил размашистой прописной буквой «К». Приказ подали на подпись императору. Павел наспех пробежал глазами страницу, задержал взгляд на слове «Киж», принял его за фамилию и написал резолюцию: «Подпоручик Киж в поручики».

Но на этом история не кончается. Произведя несуществующего Кижа на следующий день в штабс-капитаны, а потом в полковники, Павел захотел видеть того, чьи заслуги он столь высоко оценил. Когда ему доложили, что Киж умер, царь в раздумье произнес: «Он был хороший офицер».
Норма и ошибка.
Автор очень интересной и серьезной книги о России пишет: «Этот факт позволял повысить демографическую ситуацию в стране». Но как можно ситуацию повысить? Повышают цены, качество, уровень (заметим: не расширяют и не увеличивают, а именно повышают), степень сложности…. А ситуацию можно улучшить. Или соответственно ухудшить. «Важное место в сохранении здоровья играет…» - читаем в другой книге. И дальше читать не хочется! Играть можно роль, но не место! У поэта Е.А. Исаева есть четверостишие, которое особенно часто вспоминают преподаватели культуры речи:

В Москве светлеющею ранью

Еще не тронут край небес,

А тут уже мы ложим камни

И третий делаем замес.

Догадались, почему эти строчки так любят цитировать? А может, не так уж важно, какое слово мы употребили, в какой контекст его включили, как изменили?

Журналист О. Богуславская в газете «Московский комсомолец» рассуждает:

Подумаешь, буква. Подумаешь слово.

Ошибка врача может стоить жизни, ошибка водителя тоже. Ну написала «пироженое». От этого еще никто не умер. Вы в этом уверены?

Пушкин стрелялся с Дантесом из – за нескольких слов, Лермонтов с Мартыновым тоже. Страшная, неизлечимая болезнь ностальгия начинается на фоне пусть хоть райской красоты пейзажа, но в отсутствие родной речи.

Оказывается, есть то, что заставляет нас действовать сообразно ситуации и высокому званию человека. Это и называется нормой.



Норма – социально одобренное и словарно закрепленное правило употребления языковых единиц в речи. Несоблюдение конкретных норм, деформирование принятых форм употребления называется речевой ошибкой. Ошибки могут возникать на всех уровнях языка, нарушать любое качество речи, влиять на семантику слова и фразы.

Человек видит и воспринимает мир как систему обращенных к нему сообщений, вопросов и иных текстов; «языковые очки» стали непременным посредником между миром и человеком. Таким образом, ошибка – это или отражение неверной информации, или неточная реакция на нее, которая может оказаться чреватой разными последствиями. Например, всем известен «Моисей» - гигантская скульптура Микеланджело. Но мало кто задавался вопросом: откуда у библейского героя … рога7! Его мраморная фигура, передающая момент крайнего напряжения, концентрации духовных и физических усилий, приходит в очевидный диссонанс с таким «украшением». Почему Микеланджело изобразил рога? В.В. Одинцов отвечает на этот вопрос так: «Это многих удивляет. Во всем виноват латинский перевод Библии. Латинское cor(o)natus – сияющий, окруженный сиянием, лучами; coronatum – венчать, украшать венком – было подменено другим: cornutus – рогатый; cornus – рог. А Микеланджело воссоздал эту ошибочно возникшую деталь в облике Моисея».

Конечно, много удивительных вещей вокруг нас; но ошибка в речи, как устной, так и письменной, тем существеннее, что, являясь зачастую простой заменой букв или слов, она вызывает ошеломляющие по своим масштабам последствия.

Итак, речевая ошибка – отступление от норм и правила культуры речи. Конкретные ошибки будут рассматриваться в соответствии с изучаемыми темами, но бывают такие ошибки, которые могут проявляться на разных уровнях языка. К этим ошибкам логично отнести контаминацию – смешение языковых единиц в речи, тавтологию и плеоназм – избыточное употребление и повторение морфем и слов (тавтология может также быть целенаправленной, допустимой и вынужденной).

Наиболее частым речевым недочетом (не всегда ошибкой) является двусмысленность. Так, нет ошибки в выражении: «Девушка дотронулась до стены, и с нее упал кусок штукатурки», - но из – за возникающих подтекстов, отнюдь не входивших в намерения говорящего, понимание фразы затруднено, она может вызвать смех.

Многие люди, превосходно владеющие языком, пишут вместо «асимметрия» «ассиметрия». Почему? Оказывается, это происходит под влиянием таких слов, как «ассимиляция», «ассигнация». Неверно словосочетание «решать проблему»: ее преодолевают, а решают задачу (под влиянием этого выражения стали «решать» и проблему).

Слово «мемориальный» содержит в себе латинский корень, переводящийся как «память», поэтому словосочетание «мемориальный памятник» - ошибка, такая же, как «языковая лингвистика» или «теплый хот – дог».

К плеонастическому проявлению условно можно отнести и так называемые слова – паразиты, ничего не добавляющие к значению основного компонента: «июнь месяц» - июнь, «одна тысяча» - тысяча. Грамматический плеоназм возникает, например, при употреблении одновременно компонентов синтетической (простой) и аналитической (составной) форм степеней сравнения: «более дальше», «самый глубочайший». Не может быть «самого оптимального» (оптимальный уже самый), «быстрой скорости», «дешевой цены».

В очерке Н.К. Рериха, начинающемся с цитирования знаменитого стихотворения в прозе И.С. Тургенева, изложен лейтмотив этой книги. Именно так следует сегодня относиться к русскому языку: с вдохновенным трепетом, гордостью и одновременно с тревогой за его будущее и за будущее тех, кто не видит сегодня его красоты и великолепия. Быть достойным великого языка, данного великому народу, - это и означает стремиться его познать во всех сокровенных нюансах, стать сопричастным его тайнам и постичь скрытые смыслы, ускользающие в беге повседневности. Для того предстоит нам пройти по залам и галереям великого здания языка, чтобы начать его освоение не с правил и догм, а с текстов, позволяющих сделать язык органической частью нашего личного мира, который благодаря этому станет совершеннее, интереснее и разнообразнее.

Русский язык.
Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу, - на склоне лет сердечно выразился Тургенев о русском языке.

Истинно, великому народу дан и великий язык. Звучен язык Виргилия и Овидия, но ведь не свободен он, ибо принадлежит прошлому. Певуч язык Гомера, но и он в пределах древности. Есть соревнователь у русского языка – санскрит – праотец. Но на нем в Индии уже не говорят. А ведь русский язык жив. Он живет для будущего. Он может обогащаться всеми новыми достижениями и сохранять свою певучую прелесть. Он не останется в пределах Пушкина, ведь слишком много вошло в жизнь и требует своего выражения. Тем более нужно подтвердить основную красоту русской речи. И для всех славянских наречий русский язык останется кормилом. Нужно знать иностранные языки. Чем больше, тем лучше. Познавая их, русский человек еще более утвердится в сознании, какой чудесный дар ему доверен. В ответственности за красоту и чистоту своей речи человек найдет лучшие средства, как выразить вновь сложные понятия, которые стучатся в новую жизнь.

Язык видоизменяется с каждым поколением. Только в суете быта люди не замечают этих пришельцев. Но пусть будут они достойны великого языка, данного великому народу. Многие отличные определения оказываются временно загнанными, ибо их твердят, не придавая истинного смысла. Во время душевных смятений человек уже не может осознать всю красоту им произносимого. В стонах и воплях нарушается песнь. Но пройдет боль, и человек опять почувствует не только филологически, но сердечно, какое очарование живет в красоте речи. Прекрасен русский язык. И на нем скажут лучшие мысли о будущем.
Задания:

1.Прочитайте стихотворную цитату. Какие отступления от норм русского языка вы заметили в цитируемых строках? Чем они вызваны? Что изменится, если устранить ошибки?



- «Попрошу, - сказал военный, -

Ваш инструмент взять с собой».

(А.Т. Твардовский).

2.Определите, что лежит в основе однотипных ошибок. Исправьте, запишите верный вариант.



Более короче; моя автобиография; писатель написал свой роман; самый главнейший; учить учащихся рисовать рисунки; кавалькада всадников; сделано лично мной; коренной абориген; правильная норма; посторонний чужой персонал; родной родственник; ремонты ремонтировать.

3.Поработайте в творческих экипажах. Определите, какие языковые нарушения привели к возникновению подобных ошибочных структур.



Играть значение; изобретать Америку; согласно с правилами; одержать первенство; счастливая година; уровень расширяется; цена дорожает; заведующий детского сада; ни гроша ни двора; ахиллесова рана; вернуться в свои пенаты; поднять тост; неминуемый триумф; заклятые друзья; в районе 5 часов вечера.

4. Отредактируйте текст – репортаж о художественной школе, не меняя его содержания. В ходе редактирования определите характер речевых ошибок и предложите свои варианты правки.

Войдя в это учебное заведение, его раздевалка показалась нам более – менее приличнее, чем в других. Ученики хором прогуливались вдоль стен. На них были прибиты дубовые панели, висели картины. Большинство из них были нарисованы выпускниками маслом и гуашью. Молодая завуч, придя к ней в кабинет, показала нам гордость школы – трое альбомов о школе, сделанные учениками в кожаных переплетах. В них иллюстрации достижения школы, дипломы конкурса самых лучших работ детей города. Каждая сфотографированная картина и ваза была более красивее близлежащих, и только где – то через полчаса мы смогли с восторгом закрыть альбом. Мы вышли и еще раз выглянули на детей и на картины: они висели на стенах, представляя непредставимое зрелище. Так мы познакомились с овладением учащимися работой кистью и красками, ножницами и металлом. Они действительно восхитительно владеют ими. Извиняясь, вошла ученица. Учительница послала принести свои рисунки, которые могут фотографироваться для нашей газеты. Как мы узнали, ее супруг тоже по специальности учитель и трудится в этой школе. Благодаря девочку за рисунки, мы отправились монтировать настоящий репортаж о вышеназванной школе.

Тема 2.8. Языковая норма как историческая категория.
Языковая норма как историческая категория

Развитие языковой нормы как системы правил, существующих в языке, которые следует неукоснительно употреблять всем говорящим, тесно связано с историей происхождения и развития русского литературного языка. Дискуссии о происхождении русского литературного языка начались ещё в XVIII веке и продолжаются по настоящее время. Анализ научных источников позволяет говорить о 3 наиболее значимых концепциях происхождения литературного языка.

Первая концепция, которую активно развивали А.А. Шахматов и его последователи, говорит о русифицированном болгарском языке, определившем не только его типологию (язык книжно – славянский и народно – литературный), но и звуковой строй древнерусского литературного языка.

Согласно второй концепции основой древнерусского литературного языка являются народно – речевая восточнославянская лексика и фразеология, народный звуковой и грамматический строй. Литературный язык Древней Руси возник независимо от старославянского и только испытывал некоторые воздействия с его стороны. (С.П. Обнорский)

Третья концепция рассматривает литературный язык Руси как самостоятельный тип языка.

В истории русского языка выделяют несколько периодов:

  • VI – VIII века – дописьменный, письменный;

  • XVII – XVIII – язык становления великорусской нации;

  • XIX век – по настоящее время – современный русский язык.

Зарождение Древней Руси, появление городов, значительное расширение территорий, создание союзов племен предполагали появление единого для всех – вятичей и кривичей, волынян и бужан, древлян и полян, дреговичей и половчан, уличей и тиверцев, северян и дулебов – языка, в который входили бы языковые диалекты каждого восточнославянского племени. Уже в дописьменный период русские князья пытались заменить многоязычные (политеизм) древних русичей – язычников одним общим языком. Но попытки реформировать языческий пантеон были неудачны. К концу X века у славян уже существовали письменность и свой письменный язык. Христианизация Руси в 988 году означала лишь широкое распространение письменности. В 863 году Кирилл и Мефодий перевели на один из диалектов южнославянского языка греческие богослужебные книги. Этот письменный язык впоследствии стал называться старославянским. Взаимодействие древнерусского и старославянского языков очень быстро привело к тому, что старославянский язык «обрусел» - это открыло путь древнерусскому литературному языку. Ещё в дописьменный период древние русичи имели богатейший эпос, создавали великолепные сказки, былины, предания и легенды («Русская правда», «Поучение Владимира Мономаха», «Повесть временных лет», «Моление Даниила Заточника» и др.), и, следовательно, наши предки имели хорошо развитый древнерусский язык. В основе этого древнерусского языка лежал киевский диалект (ранее называвшийся полянским). Этот язык, к сожалению, до нас не дошел. Пожары и наводнения, использование старых пергаментов для новых текстов уничтожили многие рукописи. Охранялись только те тексты, которые считались наиболее ценными – церковные книги ,(Остромирово евангелие, например). Христианизация привела к тому, что в древнерусском языке появилось много заимствований, относящихся к понятиям быта, материальной и духовной культуры. Эти вновь появившиеся в языке слова отражали те стороны русской жизни, которые были созданы со становлением государства. Этот этап развития языка можно назвать первым этапом существования древнерусского языка.

В XII – XIII веках началось ослабление древнерусского государства, и как результат – полная зависимость от монголо – татарских племен, что проявилось не только в изменениях самосознаниях русичей. Большое количество тюркизмов вошло в древнерусский язык. Это был период формирования территориальных диалектов, которые накапливали фонетические и грамматические, лексические и семантические новообразования. Борьба с внешним врагом, потребности русичей в объединении привели к тому, что стали очень активно развиваться экономические и политические центры – Ростово – Суздальская земля и Галицко – Волынское княжество. С XIII века начинается процесс формирования трех родственных языков – русского, белорусского и украинского. Вплоть до XVI века язык формировался, ориентируясь на московскую речь. Аканье, различение гласных по мягкости – твердости, глухости – звонкости, отвердение шипящих и т.п. процессы происходили в системе древнерусского языка в этот период. Развивается категория вида глагола, появляются деепричастия. Этот этап считается вторым этапом существования древнерусского языка. Возможно, тогда впервые заговорили о необходимости появления нормы в языке.

XVII – XVIII века – очень важный период в истории развития русского языка. В диалектах уже не появляются новые черты. Выделенные в русском языке два наречия – северновеликорусское и южновеликорусское – противопоставляются друг другу по ряду особенностей: оканье и аканье, различное отношение к звуку [г], твердое [т] в окончаниях глаголов – в области произношения; различные формы личных местоимений – в области грамматики; использование разных лексем (слов) для обозначения понятий. В целях унификации делается первая попытка нормализовать язык (теория 3 штилей М.В. Ломоносова). Этот этап завершает период донационального развития литературно – письменного языка великорусской народности.

XIX век начинает развитие русского языка как языка русской нации, которое продолжается и по сей день. Образование национального литературного языка – процесс длительный и постепенный. А.С. Пушкин навсегда стер в русском литературном языке условные границы между тремя стилями, установил многообразие стилей в пределах одного национального литературного языка. Благодаря этому мы получили возможность развивать и бесконечно варьировать свой индивидуально – творческий стиль, оставаясь в пределах единой литературной нормы, которая считается важнейшим признаком литературного языка.

Языковой нормой называют принятые в общественно – речевой практике образованных людей правила произношения, правила словоупотребления, т.е. закономерного выбора слов в речи (устной и письменной), правила использования грамматических и стилистических языковых средств. Эти правила существуют объективно, независимо от желаний и потребностей каждого отдельного человека. они складываются постепенно путем отбора наиболее употребительных форм устной и письменной речи, использующихся в данный период.

Языковые нормы отражают те закономерности, которые происходят в языке и поддерживаются в речевой практике носителей языка. Нормы (т.е. правила) не предполагают отбора единиц по признаку хороший – плохой. Главными принципами отбора являются коммуникативная целесообразность, частота использования единицы в определенный период развития литературного языка, а также благозвучность. Например, в современном литературном языке нормативно использование существительного кофе не только в мужском (традиция), но в среднем роде (частота словоупотребления), а слово шампунь используется согласно норме в мужском и женском родах. Закрепление словарем равноценных форм словоупотребления по средам и по средам применительно к обозначению дня недели, разрешение употреблять в речи варианты типа договор – договор, гренки – гренки, что ещё недавно расценивалось как нарушение нормы, свидетельствуют о появлении не только большей свободы для носителей языка, но и о некоторой демократизации самой языковой системы. Норма относительно стабильна, но речевое использование вряд ли в состоянии изменить те нормы, обязательность употребления которых объясняется законами языка. Так, место постановки ударения в прилагательных в сравнительной степени: красивее, умнее, талантливее, добрее – объясняется тем, что в кратких формах этих прилагательных в женском роде ударение сохраняется на этом же слоге (ср.: умна, красива, талантлива, добра). Измените правило – получите нарушение требований языка.



Норма изменчива, но в пределах, допустимых языковой системой. Она регулирует правильность и устойчивость литературного языка. А.М. Пешковский писал: «Если бы литературное наречие изменялось быстро, то каждое поколение могло бы пользоваться лишь литературой своей да предшествующего поколения. При таких условиях не было бы самой литературы, так как литература всякого поколения создается всей предшествующей литературой». Об этом свидетельствуют изменения, зафиксированные в справочной литературе последних лет изданий. Степень устойчивости нормы неодинакова на разных уровнях языка и зависит напрямую от системы. Система строго следит за использованием паронимов, слов, похоже звучащих, но не равных по смыслу друг другу, не позволяя использовать одно вместо другого: драматичный и драматический (эпизод и театр); описка и отписка (неточность при письме и ответ, не предполагающий решения). Неряшливо выглядят фразы: Это была скрытая угроза (ср.: скрытый человек - скрытая угроза); Позвольте предоставить вам моего друга (ср.: представить характеристику – предоставить кредит); Она проявляла ко всему нестерпимое отношение (ср.: отношение нетерпимое – холод нестерпимый).

Высказываются мнения о засилии заимствований в русском языке. Они беспочвенны, на наш взгляд. Норма – это социальный регулятор. Весь наш язык практически пронизан заимствованиями. И дело не только в использовании таких слов, как брифинг, дилер, мониторинг. Дело в том, что более 90% слов нашего родного языка когда – то были «чужими». Но в том и сила системы, что она подстраивает под себя то, что принимает, регулирует отношения внутри себя строго и лишь в соответствии с языковыми нормами. Пусть заседает в Думе спикер, е не говорун, ведь слово уже вошло в лексическую систему, стало ее частью так же, как и президент, администрация, как культура, в конце концов.

Норма не предполагает сделать языковую систему легче и доступнее, она требует эту систему знать, независимо от того социального положения, которое человек занимает. Норма не признает социальных различий при словоупотреблении. Именно норма позволит языку сохранить его общественность. Она не только важнейший элемент культуры, она – речевой идеал, к которому должен стремиться каждый.

Развивается язык – изменяется норма. То, что было нормой не так давно, сегодня может стать отклонением от неё: так, в начале XX века рельса, санатория, фильма, погона употреблялись лишь в женском роде, а сегодня эти формы кажутся комичными. Может не только поменяться родовая принадлежность слова, но в связи с этим измениться значение слова в целом: вязанка (из шерсти) – и вязанка (дров), карьер (яма) – карьера (успех в работе), взяток (у пчелы) – взятка (подкуп), метод (способ) – метода (система приемов), пролаз (проход) – пролаза (пройдоха).



Норма – это то, что фиксируется в словарной статье в соответствующих академических источниках. Только академические словари должны считаться образом идеальной речи, так как в них отражаются все последние изменения, происшедшие в языке в области произношения, грамматических форм, в постановке ударения. Языковые средства, уместные в одной среде общения, совершенно недопустимы в другой (говоря осужденные, юристы, видимо, желают показать профессиональное использование данной единицы, именно поэтому они сознательно нарушают норму). Норма объективна и обязательна для всех говорящих и пишущих на данном языке.

Норма – одна из составляющих национальной культуры. Использование в рекламных целях слогана (например, Осчасливь иммунитет) нарушает не только орфографическую и лексическую норму, но и в целом нивелирует значимость речевой культуры носителя русского языка. Или другой пример – реклама косметических средств заканчивается словами: А ведь вы этого достойны. Но словарное значение лексической единицы в соответствии с современной нормой употребления - «достойный – заслуживающий чего – нибудь: похвалы, награды, чести быть увековенченным», но никак не крема для лица или туши для ресниц. Теряется, как видим, высокое значение слова.

Выделяют два основных типа норм: императивные (строго обязательные для использования только в указанном варианте употребления) и диспозитивные (предполагающие наличие вариантов). Таким образом, императивная норма – это самая жесткая степень проявления нормативности. Язык словно утверждает: «Можно только так и не иначе»:

  • Балованный! Втридорога! Квартал! Красивее!

  • Афера, Жёлчь! Новорождённый! Було[шн]ая!

  • Поскользнуться! Насмешка! Изгрызенный!

  • Командированный (человек), командировочный (удостоверение)!

  • Лазаю (от лазать)! Лажу (от лазить)! Надеть (на кого)! Одеть (кого)! Залажу (залезать)!Ляг (от лечь)!

  • Согласно (чему) расписанию, вопреки (чему) здравому смыслу.

  • Капуста, собака.

Норма диспозитивная ориентирована на строгую (равноправную) и нестрогую (допустимую) степень проявления нормативности. Первая из них предполагает абсолютное равноправие использования вариантов в литературном языке:

  • белесый и белёсый, декан и д[э]канн;

  • вперегонки и вперегонки; лосось и лосось; мышление и мышление;

  • воинствен и воинственен;

  • мангуст и мангуста; развилок и развилка;

  • анальгина и анальгину; сахара и сахару.

Допустимая норма предполагает наличие разговорных и устаревших норм, существующих наряду с общеупотребительными:

  • револьвер и доп. уст. револьвер; творог и доп. творог; сахаристый и доп. сахаристый;

  • кулинария и доп. кулинария; мельком и доп. мельком; мизерный и доп. мизерный; выплещу и доп. выплескаю; баклажанов и доп. баклажан; шампунем и доп. шампунью; скучать (за чем, по кому).

Приведенные примеры ярко демонстрируют основные виды норм, существующие в системе современного русского литературного языка: акцентологические, орфоэпические, словообразовательные, лексические, морфологические, синтаксические, стилистические, орфографические, пунктуационные. Нормы, связанные с произношением и постановкой ударения, а также со значением и структурой каждой отдельной единицы ориентированы на слово, нормы грамматические – на словосочетание, а стилистические – на предложение. При этом необходимо все же обратить внимание на то, что орфографические нормы только императивны на отдельном ( и довольно длительном) этапе развития языка, а стилистические нормы наиболее либеральны и требуют лишь четкого жанрового соответствия, т.е. в наибольшей степени должны соответствовать таким качествам речи, как уместность и целесообразность. Применительно к норме вряд ли следует выделять нормы фразеологические. Значение «мало» в языке выражается по – разному: с гулькин нос, кот наплакал, а если вдруг появится выражение с тыкву - травянку (М. Шолохов «Тихий Дон») – это норма или нарушение? Более того, на каком уровне рассматривать данную единицу – на лексическом? Синтаксическом? На наш взгляд, использование фразеологии, т.е. устойчивых образных единиц языка, может быть нормировано только с точки зрения здравого смысла, не более того. Литературная норма определяется внутренними законами языкового развития, а норма фразеологическая - ещё и художественным талантом говорящего.

Что касается других видов норм, то они меняются в процессе развития языка по мере необходимости. Нет и не может быть навсегда устоявшихся норм. В этом проявляется зависимость языковых норм от желаний и возможностей языкового коллектива. Таким образом, основными признаками нормы применительно к языку можно считать объективность и обязательность, относительную стабильность, историческую изменчивость, целесообразность в использовании, уместность в употреблении.

Языковые нормы складываются объективно в процессе языковой практики всех говорящих на данном языке. Появление вариантов у слов, имеющих императивную норму, - процесс достаточно длительный. Варианты норм – это языковые видоизменения, которые одновременно существуют в языке и дают говорящему право выбора той или иной нормы в зависимости от конкретной ситуации языкового использования. Варианты свидетельствуют о языковом богатстве, но предостерегают от ошибок в речи. Как правильно сказать: комбайнер или комбайнер? Порядо[чн]о или порядо[шн]о? брызгают или брызжут? Клавиш или клавиша?

Оказывается, в употреблении данных единиц ошибку совершить нельзя: они равнозначны ли словосочетания стакан чая и стакан чаю, кусок сахара и кусок сахару? У этих сочетаний слов (и им подобных) в современном языке различная смысловая наполняемость: стакан чаю, но: плантация чая – и различная стилистическая дифференциация: много народу, но: история народа; вкус сахара, но: килограмм сахару. Сосуществование этих форм, где окончание –а/-я является литературным, а –у/-ю присуще разговорной речи, известно языку уже давно. И до сих пор эти единицы вариативны. Почему рядом с формой множественного числа у слова кондуктор в словаре отмечено кондукторы и кондуктора, у слова шофер рядом с формой шоферы появляется помета проф. (профессиональное употребление) – шофера? Видимо, потому, что нормативность в лексике связана с коммуникативной целесообразностью, прежде всего, и с целесообразностью эстетической.

Знание нормы предполагает высокую степень культуры человека, знающего, что можно сказать на данном языке, не нарушая его функционирования, и что действительно говорится и говорилось на данном языке. «Система заучивания гораздо раньше, ведь ребенок сначала узнает систему возможностей языка, которые указывают открытые и закрытые пути в речи, а лишь потом систему требований языка, - писал ученый – лингвист Э.Косериу. – Система охватывает идеальные формы реализации, т.е. технику и эталоны для соответствия языковой деятельности», но человеку интеллигентному не знать языковых норм нельзя. В соответствии с литературной нормой в современной лингвистике выделяют следующие типы речи:


  • элитарная речь (соблюдение всех литературных норм, владение всеми функциональными стилями, соблюдение этических норм общения);

  • литературная речь (знание правил языкового общения, умение ими пользоваться);

  • литературно – разговорная речь (допускает элементы случайности);

  • разговорно – фамильярная (на уровне родственных отношений);

  • просторечная (характеризующая неграмотного человека);

  • профессиональная речь (в зависимости от социального статуса говорящего может иметь свои особенности и соотноситься как с элитарной и литературной, так и с просторечной).

Эволюция языковых норм – это неизбежный процесс. Языковая система подчиняется двум основным законам. Первый – закон экономии языковых средств, когда из двух вариантов единиц языка выбирается наиболее экономичная (сох, а не сохну; электропоезд, а не электрический поезд; выступать на первенство мира, а не выступать в соревнованиях на первенство мира, в парах бурят – бурятов, мордвин – мордвинов побеждает форма с нулевым окончанием).

Второй закон аналогии, или унификации, выражающийся в употреблении одной формы другой (поражаться чему?, а не чем? – новое управление по аналогии с управлением синонимичных глаголов: изумляться чему? Удивляться чему?; нет сахара и нет сахару – употребление морфологических форм). Таким образом, унифицируются варианты в тех случаях, когда их формальное различие не связано со стилистическими особенностями функционирования, и устанавливается единообразие путем выравнивания по господствующей модели.



Соблюдение языковой нормыосновное условие хорошей речи. Отступление от норм литературного языка, нарушение принципа коммуникативной целесообразности порождают в речи ошибки, которые Л.В. Щерба назвал «отрицательным языковым материалом». По нему можно судить о том, какими нормами литературного языка ещё не овладел человек, какие отступления от качеств хорошей литературной речи он допускает. Однако эффективным средством диагностики этот материал становится лишь в том случае, если он систематизирован. Та или иная классификация отражает специфику предмета и задач обучения. Поэтому для систематизации речевых ошибок существуют различные подходы.

Деление ошибок на группы в соответствии с уровнями языковой системы определило классификацию норм: акцентологические, орфоэпические, словообразовательные, лексические, грамматические, правописные, стилистические.

Для практики обучения существует классификация речевых ошибок с позиции современной лингвистики, которая различает в языке структуру и ее функционирование. С этой точки зрения все ошибки в речи можно разделить на две основные группы: ошибки структуры (в образовании языковой единицы) и ошибки функционирования (в употреблении в речи языковых единиц различного уровня). Первые названы грамматическими, так как именно в грамматике рассматривается структура слова, словосочетания или предложения; вторые – речевыми, так как слово, словосочетание или предложение функционирует только в речи.



Категория вежливости

Е.А. Земская Москва

Всем известно, что функционированием языка управляют правила грамматики, лексики и фонетики. Однако многие высказывания, безупречные с точки зрения этих правил, отрицательно оцениваются говорящими. В таких случаях мы слышим: «Так говорить невежливо».

В русском языке нет грамматически оформленной категории вежливости как, например, в японском языке [Алпатов 1973]. Но в русском языке есть социально-прагматические правила, которые управляют законами вежливости. Именно такие явления и следует рассматривать как категорию вежливости [Земская 1997].

Прямота и учтивость

Общеизвестно, что косвенные речевые акты (особенно часто вопросы) играют большую роль как средство вежливости. Примеров сколько угодно. Такие фразы, имеющие форму вопроса, используются как просьбы: Не могли бы вы передать мне соль? Не могли бы вы прикрыть окно: дует.

Однако далеко не всегда и далеко не всеми лицами такие вежливые косвенные вопросы воспринимаются как просьбы.

Вот недавний пример.

После доклада коллеги и знакомые пьют чай. На столе стоит сладкое (печенье, конфеты), чашки с чаем, а салфетки лежат на подоконнике, за спиной одного из гостей. Одна из дам говорит: - Володя! Салфетки у Вас за спиной. Он отвечает: Ну и что? – Не могли бы Вы их положить на стол? Ответ: А зачем? Дама: Руки вытирать. Ответ: Ну так бы и сказали, по-простому: дай салфетки. Чего крутить-то.

Конфликты подобного рода нередки среди лиц разных национальностей [см. примеры Земская 2004: 584-585].

Было замечено, что более склонны к косвенным просьбам женщины, тогда как мужчины предпочитают прямые просьбы и даже приказы. Косвенные просьбы они или не понимают, или воспринимают как языковую манипуляцию [см. Николаева 1988].

Вежливость и гендерлингвистика

Известно, что в наши дни проблемы гендерлингвистики (пол и язык) привлекают к себе все больший интерес. Эта проблематика особенно активно разрабатывается в Германии и США, где она тесно связана с феминистическим движением. Женщины-лингвисты ратуют за создание особой феминистической лингвистики. Из языка изгоняются исторические формы, содержащие наименования только мужчин. Например, немецкое безличное выражение man sagt заменяют словами Man/Frau sagt. Слово Fraülein (девушка) изгнано из немецкого языка, так как оно обижает девушек, подчеркивая тот факт, что они незамужем. Следует говорить только Frau или ввести слово Herrlein. В США начали употреблять двойные местоимения he/she, когда неизвестен пол автора.

Я считаю, что подобные явления не повышают статус женщин, а разрушают исторически сложившуюся структуру языка.

В русском языке положение, на мой взгляд, более сложное, так как многие названия лиц по профессии лишены коррелятов женского рода (академик), а те слова, у которых есть женские корреляты, имеют сниженный характер: педагогиня, директриса, врачиха, клоунесса (или клоунша), филологиня, хирургиня. Список легко продолжить. Я бы, однако, не хотела, чтобы меня называли профессоршей или филологиней.

У меня был спор с чешской лингвисткой, которая считает, что русские женщины, позволяющие себя называть нейтральными словами мужского рода, тем самым унижают себя. Нам не удалось убедить друг друга, Дело в том, что во многих славянских языках женские корреляты не имеют сниженного характера, поэтому чешки и польки не ощущают сниженности, нелитературности единиц типа профессорша, геологиня и под.

Вывод такой: каждый язык имеет свою исторически сложившуюся структуру, и менять её в угоду гендерлингвистики нет оснований.

Расскажу один случай. Я ехала из Праги в Брно на поезде и на вокзале меня встречал коллега с криком: Paní- Professorká Zemská! В Чехии такое обращение было вполне естественно и не вызывало никакой обиды, тогда как в Москве обращение профессорша (или профессорка) звучало бы как издевательство.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


База даних захищена авторським правом ©shag.com.ua 2016
звернутися до адміністрації

    Головна сторінка